Бланманже для мужа

Дневная жара уже сходила, однако раскалённый за день город всё ещё обдавал зноем, поэтому лёгкие брызги, долетавшие от фонтанов по соседству, казались долгожданной благодатью.

– Фай, но ведь существуют примеры разновозрастных браков, когда жена старше мужа. По-моему, Лиля Брик была лет на восемь старше Маяковского, – задумчиво сказала Нэль.

– Ага, и жили они долго и счастливо, и умерли в один день, – скептически продолжила Файка. – Не на восемь, а всего на два. У этой Брик, между прочим, муж был, а Маяковский им только голову морочил.

И вообще, я не поняла, ты что, уже замуж за этого Стаса собралась?

– Да нет, это я так, гипотетически… Просто он спросил про мужа, я сказала, что не замужем, и он так посмотрел… Знаешь, мне почему-то кажется, что я ему небезразлична. Он меня уже несколько раз до метро довозил, парней в комнате приучил не ругаться при мне, сегодня с рекламным агентством помог, сам помощь предложил. Понимаешь, впервые в жизни мужчина обо мне заботится! Наверное, надо ему сказать, что он мне нравится.

Только я не знаю, как сказать. Научишь?

– Стоп, подруга, тормози, – прихлопнула Файка ладонью о пластиковую столешницу. – Теперь я расскажу, что с тобой происходит. Молодой, хорошо воспитанный мальчик, помогает пожилой тётеньке. Может, ты ему маму напоминаешь? Или он по жизни такой, тимуровец. А пожилая тётенька по причине застарелого недотраха принимает порывы души юного тимуровца за признаки неземной любви и готова ответить ему взаимностью на потеху всему коллективу.

– Что, неужели всё так ужасно? – расстроилась Нэль.

– Пока нет, если ты дров не наломаешь. Нэлька, неужели ты всерьёз рассчитываешь, что можешь увлечь мужчину, который тебе в сыновья годится?

– В пятнадцать лет не рожают.

– Некоторые рожают. Ты только представь, какие могут быть последствия! Вот представь, ты говоришь ему: «Стасик, я ваша навеки!» Он сначала офанаревает, потом делится этой новостью с друзьями, потом о вашем романе сплетничает вся контора…

– Фаина Ефимовна, это вы? Здравствуйте! – прервала Файкину речь какая-то толстуха в открытом сарафане.

Его широкие бретели глубоко врезались в пухлые плечи, и избыток тела выпирал из-под них рыхлым тестом.

– Не узнаёте? Я Валя, ваша соседка, у нас в Волгограде дачи были рядом. Помните меня? – радостно продолжала толстуха, не замечая, что помешала.

– Да-да, как же, Валя. Здравствуйте, – рассеянно сказала Файка, и Нэль поняла, что Валю она не вспомнила.