Сделай мне ребёнка

Натка оглядела его ещё раз, теперь – как персону в кадре.

Тёмные волосы закрывают шею и загибаются за ушами неопрятными прядями. Ничего, терпимо. Одет в светлый крапчатый пиджак – Натка видела такие на местном рынке. Из-под пиджака виднеется сине-серая клетчатая фланелевая сорочка, из-под сорочки выглядывает серая футболка. Так, до пояса в кадр брать можно. Общий план?

Натка поглядела на обтрёпанные чёрные суконные штаны и разбитые толстые ботинки, из которых выглядывали серые шерстяные носки ручной вязки.

«Общий план брать нельзя. Да, поиздержался мужичок. Неужели кроме натуры зарабатывать нечем?»

– Константин Игоревич, а почему всё-таки такое радикальное решение? Вы не пробовали заработать как-нибудь по-другому, без продажи в чужие руки? – спросила она

– По-другому я не смогу заработать столько, чтобы решить сразу все проблемы. У меня рабочая специальность, я закончил училище по специальности «контрольно-измерительные приборы», но без связей ведь хорошую работу не получишь! Я грузчиком пробовал работать, ремонты делать в квартирах – но это всё не то, не моё.

Я знаю, что способен на большее, но здесь у меня нет возможностей развивать свою личность. У меня любимая женщина…

Константин Игоревич мотнул подбородком в сторону своей спутницы и продолжил:

– Престарелые родители («Не такая уж и престарелая его мама!», – мелькнуло у Натки), маленький ребенок. И они ждут, что я, как сын, мужчина и отец изменю их жизнь к лучшему, защищу их и обеспечу. И я принял это решение и позвонил в Москву на телевидение.

– Вы знаете, он такой деликатный, он не хотел меня расстраивать и ничего мне не сказал, – вдруг заговорила женщина.

– Я узнала, что он решился на это только тогда, когда позвонили из Москвы и стали расспрашивать про Костю. Спросили, как я отношусь к его решению продать себя. А потом спросили, кто я. Я ответила, что гражданская жена, а они бросили трубку.

«Так она ему жена!!!» Видимо, Натка не смогла совладать с лицом, потому что женщина принялась объяснять:

– Конечно, я старше Кости на двадцать лет и сейчас, когда я долго проболела, эта разница очень заметна.

Но когда мы полюбили друг друга, а мы уже два года вместе, мы были хорошей парой.

Натке не очень верилось, что эти двое были хорошей парой. Константин Игоревич с замашками баловня и любимца и его подруга, усталая, погасшая рыхлая женщина с блёклым лицом.

Тем временем Ежов установил камеру и уже прилаживал микрофоны-петлички обоим героям.