Замок

Не прошло и нескольких минут, как дрон взмыл в воздух. Медленно обогнув верхушки деревьев, «шпион» полетел к часовне.

– Отличные кадры, – сказал Макс, глядя на экран.

– Смотри, в стену врубишься. Коптер угробишь, – предупредил Димон.

– Дай витражи рассмотреть, – отмахнулся Макс, маневрируя вокруг стрельчатых окон.

Закончив с часовней и домиком сторожа, вернее, тем, что от него осталось, парни направили дрон к замку.

– Эх, жаль, солнце светит! Заброшки нужно снимать в пасмурную погоду или в сумерках, – сетовал Макс, – тогда выходит зловеще и таинственно.

– Запустим ещё раз на обратном пути, – успокоил его Димон.

Сняв замок со всех сторон и убедившись в отсутствии охраны, друзья двинулись вперёд. Внутри старой часовни они не обнаружили ничего, кроме каменного алтаря и прекрасных витражей.

Ближе к замку, за домом сторожа, стояла полуразрушенная постройка, о назначении которой нельзя было догадаться, осматривая местность сверху. Это был гараж. Кабриолет с раскуроченным крылом зиял ржавыми внутренностями.

Рядом скалился открытым капотом остов другого, некогда роскошного автомобиля.

Пройдя очередную порцию зарослей, скрывавших разрушенные фонтаны и позеленевшие статуи с отбитыми руками и носами, друзья достигли цели. Сердца их учащённо забились – перед ними был замок из сказки!

Фасад заслоняли кустарник и дикий виноград, почти полностью спрятавшие от любопытных глаз высокие окна первого этажа. Эти величественные стены меняли владельцев последние восемь веков.

С тех пор, как во время Столетней войны знатный сеньор построил замок на фундаменте крепости тринадцатого века, каждый новый хозяин вносил какие-то изменения. В правление Людовика XIV замок приобрёл западное крыло, викторианский архитектор засыпал ров, разбил парк, и, в соответствие с тогдашней модой, украсил фронтоны каменными химерами. Эпоха модерна привнесла витражный купол над одной из башен.

К массивной двери, увенчанной рыцарским гербом, вели поросшие мхом ступени.

Сквозь камень пробивались молодые деревца и кустарник. Заросли шиповника и дикой ежевики вплотную подступали к стенам замка.

– Камер я не вижу, – сказал Димон и толкнул тяжёлую дверь с коваными железными пластинами.

Дверь вздрогнула, но не поддалась.

– Заперто? – разочарованно протянул Макс.

Парни навалились на потемневшую дубовую дверь. С пронзительным скрипом она отворилась. Замок приглашал путников в холодную тьму своего чрева.