Девушка с Рублёвки. История о любви в забавных обстоятельствах

 – Да брось, на правду не обижаются!

– А в чём правда-то?

Я села в изножье кровати и принялась расчёсываться, а Алёнка подняла подушки повыше и села, поблескивая атласной малиновой сорочкой на бретельках.

– А в том, что ты на себя рукой махнула, как на женщину. У тебя волосы – блеск. Густые, пушистые, а ты их заколкой скручиваешь, будто прячешь.

– Мне так удобнее, терпеть не могу, когда в глаза лезут.

– О, глаза! Глаза у тебя красивые, я вчера разглядела, только оттенить, форму бровей подкорректировать, и всё.

Почему ты не пользуешься косметикой?

– У меня на неё аллергия, веки чешутся.

– Ты, наверное, какой-нибудь фигнёй за триста рэ ресницы красила? Так ты не бери в ларьках дрянь всякую, фирменную покупай, от пятидесяти евро.

– Алёна, ты что? – вытаращилась я. – Пятьдесят евро за тушь для ресниц?

– Ну да, а что такого? Ты же хочешь выглядеть привлекательной?

– Хочу. И, по-моему, выгляжу в достаточной мере.

Я решительно собрала волосы заколкой и сменила тему:

– Столовая уже открылась.

Завтракать идешь? А то нам выезжать в одиннадцать.

– Иду-иду. – Алёнка загасила окурок в глиняной пепельнице и побежала в ванную. А я, пока она не видит, подошла к зеркалу. Я что, и вправду выгляжу так плохо, что и Ирина, кажется, удивилась, что мне всего тридцать семь? Это из-за полноты, наверное. Я с этими стрессами из-за подлеца Углова и переезда в Москву подрастолстела как минимум на размер, а то и на два. На фруктах-овощах посидеть, что ли, пока в Тунисе?

В ресторане из фруктов были апельсины и яблоки, овощей не было вовсе.

Зато в изобилии красовались хлопья, йогурты, джемы четырех видов и корзины с выпечкой. Все было таким красивым и аппетитным, что я не сдержалась – набрала понемножку и принялась дегустировать. За столик к нам с Алёнкой подсели Ирина с Татьяной.

– Привет, девчонки! Как спалось? – Татьяна поставила на стол тарелку с глазуньей и ассорти из сыров и колбас.

– Слыхали, какая ночью была гроза? – на тарелке Ирины скромно лежал ломтик сыра, вареное яйцо и апельсин.

– Лариска слышала, я нет, – заглянула Алёна ей в тарелку. – Ир, а чего так скромно завтракаешь? Всё оплачено. Вон, с Лариски бери пример, всё пробует, что предлагают.

– Не всё, а только джем, – я отодвинула от себя розетку с джемами. Розетка делилась на четыре части, в каждую я положила по ложке разных джемов: клубничный, из инжира, абрикосовый и неопознанный зеленоватого цвета. Что-то действительно я увлеклась.