Клементина

Почему-то мозг больше склонялся к первому варианту, а второй казался полным бредом.

Я попыталась поднять голову, но она лишь закружила меня, давая понять, что это плохая идея.

Повинуюсь!

Поэтому я опустила голову, расставляя руки в разные стороны. Пофиг что будет дальше, потому что я не то, что головы поднять не могу, я уже чувствую, что мои ноги стали подгибаться и вот наконец-то глаза закрылись. Пожалуй, посплю-ка я.

***

Никогда не думала, что дневной свет так ужасен! Раньше я по-разному просыпалась.

Я могла проснуться поперек кровати, я могла проснуться ногами на подушке и даже как-то на полу, но проснуться на кухонном столе – это впервые.

Так ладно, это второй вопрос. Вопрос номер один, где я? Я помню только какую-то непреодолимую стену передо мной. Она разговаривала, но как я могла оказаться здесь, если мои ноги вчера устроили мне протест и решили отдохнуть где-то там, где я была вчера?

Хочу водички.

КРА-АН! Я слезла со стола (с горя-пополам). Но, всё же, преодолев «большие» трудности, смогла, наконец, собрать свои глазки в кучку и отыскать стакан.

Кухня явно была не моя, и я убедилась в этом, в который раз, потому что такого замудренного крана у меня нет. Как его открыть? Где тут вентиль или нечто похожее на него?

Отбросив попытки с краном, я увидела графин и просто набросилась на него, будь я львом, а графин антилопой.

После громкого выдоха, я осмотрелась! Было не особо улицезреть всё одним глазом, так как второе око было разбито, но всё-таки возможно.

Красивая кухня. Белая мебель, кажется, хозяин не боится испортить её. Я посмотрела правее, роскошные шторы, очень гармонировали с мебелью, а это означает, что у хозяина есть вкус. Посмотрев ещё правее голый мужчина! В который раз убеждаю себя, что Алексей, скорее всего, спустился с олимпа и теперь блуждает среди нас смертных и наводит на один из семи смертных грехов.

Вздохнув, посмотрела правее и тут же опешила и вернула взгляд обратно!

А-а-а-а-а?!

– Ты…т-т-ы…т-т-ы?! – заикаться – моя вторая натура, не удивлена ни разу!

Он стоял в дверном проеме, в одном только полотенце, тем временем вытирая волосы на голове вторым, слишком сексуально, я ослепну на один глаз. Это слишком уж для одного только утра.