Бадди

Когда все закончится, вернешься.

– Вернешься…УГУ…

…Если сесть у этой лужи и измерить глубину,

То окажется, что лужа моря Черного не хуже,

Только море чуть поглубже,

А вот лужа чуть поуже… – мурчал Макс.

– Знаешь этот стишок Сергея Михалкова? – с откровенной издевкой спросил Максим.

– Не знаю. Но смысл ясен.

– Вот. То-то же. – Максим был в замешательстве. Но тема, связанная с черной трансплантологией его заинтересовала. Да и деньги. За три месяца он заработает в десять раз больше. Отдаст долги и погасит кредиты.

«А если действительно удастся схватить за ниточку и размотать клубок…» – мысли побеждали первоначальную реакцию Максима.

– Мир специалистов-транплантологов узок. А мир черных транплантологов – как та лужа, что «моря Черного не хуже»… И ведь ты, Семен, прав. Доноры всегда там, где война, голод, волнения. И это может быть и Афган, и Ливия, и Сирия, и Африка. Эти условия только на руку воротилам черного бизнеса, который приносит миллиарды долларов. За такие деньги они украдут не только органы, но и людей под органы.

И этот бизнес под зорким оком пирамиды могущественных структур. И ты решил вступить с этими драконовскими силами в борьбу? У них же головы дышат огнем и сметают все на своем пути. Срубишь одну – другая вырастет. А у вашего людоеда жизнь на конце иглы. Это в сказке. А в реалиях его жизнь – в банковских ячейках, под семью замками. Эту броню пробить трудно, почти невозможно, – Максим смотрел на Семена с участием и в то же время с обеспокоенностью.

Семен заметил тревожность друга и старался его успокоить:

– Ну не на танках же мы будем внедряться.

А тихонечко. На цыпочках.

– На цыпочках… На цыпочках тоже можно споткнуться и загреметь под рев сирены на весь замок.

Семен молчал. Он не прерывал мысли друга. Максим пытался приблизиться к теме и проникнуть внутрь. В логово.

– Насколько мне известно, клиники черных транплантологов обосновались на территории Турции и Египта. Сколько молодых девушек из России вербовали туда, обещая небо в алмазах.

Трудно сказать, где они и что с ними.

– А в России? – Семен подливал густой окрас к теме. – Ты же слышал о случае преступного сговора врачей-транплантологов у нас, в России. Привозили в клинику живых бомжей, алкоголиков – асоциальных людей, за права которых некому было постоять. Вводили лекарство, замедляющее свертываемость крови, хирургически удаляли орган, и клиент умирал, не приходя в сознание. Ужас! Двадцать первый век! А беззащитность – как в средневековье.