Ожерелье из золотых пчел

«Ну уж нет, такого красавчика я тебе не отдам!» – усмехнулась про себя Арья, провожая Яра долгим взглядом.

* * *

На самом деле Яр спешил не на корабль. Там разгрузка шла и без него. Ему нужно было передать Климене папирус от командующего флотом, задержавшегося на Тире. Что в нем, он не знал, но мог догадаться.

На Тире было неспокойно. А главное, трудно понять: что означают послания богов? Вдруг из земли вырывается столп огня. Иногда со дна моря поднимается зловонное дыхание, но вода чиста. Птицы улетели.

А рыба подошла к берегу.

Народ бросал работу, толковал знаки, и тут же нашлись буйные головы, которые начали завывать на площадях:

– Во-от! Забыли настоящего-то бога? Ишашаламу еще вам покажет! Променять его на женщину! Приносить в жертву не быков, а глиняные фигурки! Ишашаламу любит живую кровь!

Климена должна растолковать, чего хотят боги. Иначе миру в царстве придет конец.

На лестнице перед покоями Жрицы почему-то стояла охрана.

Яр обратился к рослому стражнику:

– У меня послание Климене от командующего флотом.

– Стой здесь, – кивнул стражник и поплелся вверх по лестнице, волоча за собой меч.

Через несколько минут к Яру вышел начальник стражи Гупан. Хмуро спросил:

– Что у тебя за послание?

– Я передам его только Верховной жрице.

Гупан внимательно посмотрел на Яра. Чуть улыбнулся, отчего дернулся шрам над его бровью.

– Я тебя знаю. Это же ты на Тире главный чемпион? Приехал на Игры?

Яр кивнул.

– Хорошо. Климена ушла на Священную гору.

Хочешь оставить послание мне?

– Нет. Мне велено – ей в руки.

– Ладно. Тогда вечером. Она пойдет на пир к Галию.

– Отлично. Я тоже там буду! – обрадовался Яр.

Сбежал по лестнице чуть не вприпрыжку. Надо надеть праздничную накидку, умаслить себя благовониями. Неудобно приходить на пир дикарем.

Поездка в Кносс

Крит. Наши дни

– Фу! Какой дикарь! – фыркнула Раиса.

А Оксана, поднявшись на палубу с заветным пакетом пирожков, жалобно протянула:

– Мы что, будем кушать с видом на жопу?

На соседней, стоящей впритык яхте, повернувшись к нам спиной, стоял толстый, абсолютно голый мужик.

И теперь он еще наклонился, так что его необъятная задница взошла перед нами вместо утреннего солнца. Лицом мужик не поворачивался – очевидно, там было нечем гордиться.

– Капитан! Вы должны это прекратить! – повернулась организаторша Рая к Димитросу, который сидел на палубе и невозмутимо возился… как яхтсмен, я должна написать: «с концом».