Двойная сплошная жизни

То, что на самом верху была крышка, отделяющая первый этаж от второго на случай, если понадобится, полного отсоединения одного этажа от другого и держащаяся лишь на маленьком, но прочном крючке, конечно же, незваный гость не знал, поэтому Люсе оставалось лишь отвлечь его каким-нибудь интригующим вопросом, остановив в нужном месте…

– А как вас зовут? – Повернулась Люся, демонстрируя изгиб тела и поджидая его остановку именно там.

– А зови меня как хочешь! – Заржал, довольный собственной сомнительной шуткой парень, и остановился в нужном месте.

Люся протянула правую руку к нему и, незаметным жестом другой руки, опустила крышку прямо ему на голову, одновременно присев и подхватив пистолет правой. Звук был хлёсткий, но негромкий, к тому же, гость не издал ни звука. Пока тело скатывалось по ступенькам вниз, Люся наклонилась под перила и выстрелила в руку второго гостя, отвлёкшегося на непредвиденный «спуск» первого.

Тот вскрикнул, матюгнулся и заскулил:

– Что вы сделали-и-и-? Мы же не хотели-и-и-и! Мне больно-о-о! Вызовите скорую!

Люся спрыгнула с лестницы, чтобы тот не додумался взять пистолет в левую здоровую руку, хотела ещё пнуть его, но пожалела.

Слабость любой женщины – это жалость к слабым мужчинам. (Возможно, именно поэтому они всё слабеют и слабеют…)

Когда и второй пистолет был уже в её руках, тело первого гостя достигло пола первого этажа и она, немного подумав, рассудила:

– Галюнь, может их связать?

Галюня приходила в себя медленно, в отличие от хомяка, который, воспользовавшись случаем, сбежал от хозяйки и суетливо обнюхивал лицо «главного».

Второй скулил, истекая кровью – похоже, Люся попала ему в вену. Оценив ситуацию, хозяйка дома решила не совершать лишних телодвижений в поисках верёвки, которую она вспомнила лишь в виде бельевой, за которой пришлось бы идти на улицу, оставив налётчиков наедине с племянницей; и просто позвонила в милицию.

После слов … «ваш разговор записывается», Люся смутилась. В некоторых случаях она смущалась, как школьница…«ну, её же записывают…»

– Понимаете, извините конечно за беспокойство, но на мой дом напали грабители… и, наверное, насильники…

– Вы не можете говорить?! Продиктуйте адрес.

– Почему? Я же с вами разговариваю.

– Вы ранены? Вам угрожают? Сколько нападавших?

– Нет, я не ранена. Мне уже ничего не угрожает, хотя несколько минут назад очень даже угрожали… Ой, простите, надо по существу. Нападавших двое.