Двойная сплошная жизни

Последним снова было «обучение драке», как называла это Люся, потому что настоящее название этих видов боевых искусств ей никто не назвал. Или она не услышала (что вряд ли, хотя она и не исключала такой возможности. «Всё может быть в этой жизни» – был девиз Люси, что как никогда доказывали события последнего времени…). А может, это было смешение стилей или нахождение своего собственного. Люся не сомневалась, что рано или поздно в этом разберётся.

Тренер был тот же, то есть Йодо. Сегодня Люся решила не выпячиваться и сидела тихонечко между Петровым и Луной, разглядывая всех остальных.

На импровизированном ринге дрались, если это можно назвать дракой – больше похоже на танец, изображающий встречу двух кошек, решающих, чем им сейчас заняться – любовью или порвать друг друга на мелкие клочья, Клео и Ягуар. «Может поэтому его так называют» – подумала, глядя на него, Люся. Зрелище было потрясающим. Когда они всё же сблизились, сразу стало понятно, что это всё же драка, и какая! Четкие, точные, идеально рассчитанные удары – ничего лишнего. Грация – в уклонении от ударов, быстрота – в их нанесении. Ягуар дрался молча, Клео – иногда издавала грудной вскрик, похожий на рык.

Непонятно, почему, Люся болела за Клео. Было в ней что-то… совершенное, при этом естественное и ненавязчивое – именно то, что ценила и уважала в людях Люся. Она казалась настолько самодостаточной, что её хотелось изучить, как науку, дисциплину… Одним словом, она не могла, не имела никакого права проиграть.

Ягуар ей нравился тоже, но по-другому. Он был мужчиной до мозга костей. Мужское начало было в нём так сильно, что прочитывалось сразу в каждом взгляде, жесте, движении. Даже молчал он по-мужски. В наш унифицированный век «унисекс», где часто мужчину или парня иной раз невозможно отличить от женщины, и наоборот, такое проявление мужского начала не могло не радовать. Этот редкий вид современных мужчин вымирал на фоне эмансипации, то бишь, сомнительного равноправия между полами, которое, как известно, изобрела династия Рокфеллеров, для увеличения притока налогов.

Но Люся была женщиной замужней, мужем вполне довольна (прекрасно понимая, что совершенных людей не бывает, а совершенствованию нет предела…), поэтому как потенциального кавалера Ягуара не рассматривала, а значит, верх взяла «женская солидарность». Правда, в отличие от неё все остальные представительницы слабого пола болели за Ягуара.