В глубине себя. Что мы можем найти

Ты придумаешь красивую версию произошедшего, кстати, если плохо с фантазией, я тебе помогу; а завтра на твоём счету будет лежать вполне приличная сумма, несмотря на кризис. Можно даже и наличными. Поверь, ты таких денег никогда не видел и вряд ли когда-нибудь увидишь, добросовестно вкалывая на благо народа. Поверь, у него таких денег нет, и никто не допустит, чтобы когда-нибудь было. Это не выгодно, знаешь ли.

Повисла тишина. Каждый думал о своём, взвешивая свои и чужие шансы.

– И всё же я рискну.

 – Не очень уверенно, скорее обречённо, выдавил из себя Сорокин, воспитанный отцом, привившим ему не только стремление к справедливости, такое редкое в наше время, но и моральные принципы и стойкое убеждение, что женщин нужно защищать.

– Да сколько можно уже возиться с ним?! – Всё это время молчавший мужчина, похоже, просто вышел из себя от ничегонеделания.

Раздался выстрел. Крик Марты: «Зачем?!», прозвучал одновременно с уже знакомым звуком падающего тела. Большого тела. Марина всё ещё лежала, изображая полное безучастие в происходящем.

– Она очень скоро может прийти в себя. – Прошипела Марта. – Нужно извлечь этот ч….в чип. Помоги же мне! Ну! Не стой, как истукан. Ты же не хочешь, чтобы тебе ещё и приписали убийство сотрудника КГБ?! Поможешь, я помогу тебе выкрутиться – я специалист в этих вопросах… – всё увещевала Марта, – а наши суды…, ты же сам понимаешь, что окажется не тот прав, кто прав, а тот, у кого больше прав, и это вряд ли будешь ты…

Раздался ещё один выстрел.

Марина лежала. Женщина замолчала. Сердце стучало так, словно намеревалось пробить дыру под собой на кровати и, вырвавшись из груди, убежать, полное ужаса и неопределённости.

Осторожное касание до её плеча, заставило Марину вздрогнуть.

– Замечательно! Ты пришла в себя. Как ты себя чувствуешь? Можешь сесть? Давай, я тебе помогу. – Все эти слова ласково, как маленькой, произносил лейтенант, помогая Марине подняться и укутаться в простыню.

Девушка постепенно стала приходить в себя от ужаса, представив, что могло с ней произойти.

Она огляделась и увидела лежащих в странных неестественных позах на полу своих похитителей. В руках женщины был крепко зажат нож, который, как она поняла, и стал веским аргументом для выстрела.

– Я тебе объясню всё, что здесь произошло… – словно оправдываясь, произнёс Сорокин, по своему представив, как могла бы воспринять увиденное девушка.

– Не стоит. Я всё слышала.