Горничная для принца

– Угу, – проговорил Ози засыпая.

3

Утром я открыла глаза и сразу вскочила. Солнце пробивалось сквозь щели в забитое досками окно чердака.

Это испугало, потому что просыпаюсь я обычно ни свет ни заря. Печь растопить, воды наносить, общипать уток принесённых со двора. Вообще спозаранку у меня много забот, если пропущу что-то, бури не миновать.

И вот – проспала.

Вскочила как ужаленная.

Странно, что меня никто не разбудил. Обычно повар посылает Орландо, маленького поваренка и он противным голосом зовет меня из-за двери.

Изнутри я запираюсь на крючок, боюсь проникновения Марка. Может поварёнок приходил и звал, да я так крепко спала, что не услышала.

Чувствую, будет мне несладко сегодня. Хозяйка конечно же возьмет розги и возможно даже отхлестает, а потом завалит работой. Придётся работать побитой. Спина будет болеть. Главное не подставлять руки, лучше пусть стегает по спине.

Ох, плохо, как плохо.

Я почти скатилась по лестнице, когда услышала в главном зале таверны сразу несколько голосов.

Наверное, приезжие жалуются на плохое обслуживание. Наказания мне уже никак не избежать.

Дрожь началась сразу, как я подошла и теперь яснее услышала разговор. Несмело и надеюсь тихо, я приблизилась к проёму, ещё не совсем уловила, о чём идёт речь, единственное, что поняла – между Жанеттой и незнакомцем идёт торг.

– Вы забываете, что я любила её столько времени, как родную дочь и не могу позволить так дешево оценить, – плаксиво говорила Жанетта.

– Но дочерей и не продают госпожа, ни так ли? – отчетливо проговорил мужчина.

– Я хотела сказать – как дочь. Прошу вас, милейший, это последнее, что у меня осталось. Я буду очень долго горевать о ней.

– Я даю и так слишком много. Если не хотите, могу поехать куда-то ещё, кругом полно всяких разных девушек и мы легко можем…

– Подождите, я не сказала что нет. Накиньте хоть пару монет, милейший, – выпрашивала хозяйка.

Наверное, снова продаёт уток этим богатым господам.

Она вечно торгуется до последнего, и всегда чуть не со слезами выпрашивает накинуть хоть пару монет.

Я показалась из-за угла и все обернулись.

Ну всё, сейчас начнётся. Ещё и при чужих людях. Стыдно-то как.

– Ах, вот и она, наша чудная девочка! – подскочила ко мне Жанетта.

Потянула ближе к господам. Но в глазах её я увидела недовольство. Я неумытая и не расчесанная, наверное, не очень хорошо выгляжу.