Сказки бабушки Параски. Ярмарка в Крутоярах

После дедовых страстных уверений, что он сегодня же, наконец-таки, разделается со старой интриганкой, гостью ничего не оставалось, как встать на защиту старушки, высказав предположение, что, возможно, не только она и не столько она виновата в возникшем недоразумении.

Кульбач: Ну, конечно же, она!

Старой грешницы вина!

Ведь тупая же – пень пнём!

Мы щас сплетни развернём

Да старуху опорочим.

Заслужила, между прочим!

Усадив обиженного гостя за стол, дед, как обычно, от души угощал пострадавшего, на чём свет стоит «чествуя» свою болтливую супругу и всех её товарок.

Кульбач: Хоть у бабки слабый слух,

У неё отменный нюх:

Всю разнюхать здорова?!

А права ли, не права —

Это бабку не заботит.

Столь, бывало, наворотит!

Выпив с дедом стопку, гость, расслабившись, успокаивался и из обиженного и пострадавшего превращался в лучшего друга Кульбача.

Гость: Дак в рассказ без преукрас

Хуже верится как раз!

Кульбач: А, когда враньём оформишь,

Всё за милу душу скормишь?

Гость: Дак у баб свои сужденья.

Кульбач: А моя притом с рожденья

Любопытна сверх предела:

До всего паршивке дело,

Дабы было что судить —

«Городушки возводить»!

Чтоб она весь день икала!

Гость: И моя не ускакала

От твоей и от других.

Нет у них речей благих.

Кульбач: Тарахтелки-таратайки!

Не сыскать от них утайки!

Брешут так – куды с добром!

«Громыхать пустым ведром» —

Перво дело у судар.

Новость им, как скапидар,

Добавляет резвой прыти.

А утопнуть и в корыте

Можно, если ты слабак.

Плюй, сынок, на тех собак,

Коль не можешь врезать в харю.

Хошь, я сам свою ударю?

Костылишком приласкаю

Аль за космы оттаскаю!

Думаешь, что хвастовство!

Нет, пора мне во вдовство!

Однако, когда к Кульбачам заявился Дробогор, чтобы как следует разобраться с главной сплетницей Посада, дед малость струхнул и в то же время порадовался, что самой бабки в это время не оказалось дома.

Как уже упоминалось, отказавшийся от женитьбы, а следом внезапно утопший жених дочери Дробогора Вассианы, натолкнул посадцев на мысль, что это трагическое обстоятельство могло произойти при непосредственном участии оскорблённого родителя. Поэтому Дробогора побаивались, и даже категорически не верящий в подобную чушь Кульбач поначалу оробел. Выслушав претензии Дробогора, дед разразился гневной речью.