Чат

Невыносимая боль уничтожила все внутри, не оставив от него и следа. Пальцы сжались в кулаки, ногти до крови продырявили кожу ладоней. Она капала на простыню, смешиваясь с ее кровью, а он все сжимал их сильнее и сильнее. В конце концов пальцы онемели.

– Лена, Леночка! – еле слышно прошептал он, уткнувшись ей в шею. – Лена, милая, скажи что-нибудь. – Он изо всех сил сомкнул глаза, не давая волю пролиться слезам.

– Скорая будет с минуты на минуту, – раздался сзади голос полковника. – Ничего не трогать до прибытия экспертов!

Неожиданно девушка слегка открыла правый глаз и, застонав, повернула голову к Илье.

– Илюша. – Было практически невозможно разобрать ее сип. – Ты здесь? – Она подавилась сгустком крови и закашлялась. – Мне очень больно! – выдохнула она и вновь потеряла сознание.

Илья издал звук, от которого у Шатарина похолодело внутри. Было невозможно определить, на что он похож: рев раненого дикого животного или просто потерявшего рассудок несчастного человека.

Дубин и Егоров подхватили Илью под руки и с силой оттащили от кровати.

Он сопротивлялся как умалишенный.

Скорая приехала без задержек. Позже, когда прибыли эксперты и врачи забрали девушку на носилках, Шатарин отдал приказ Дубину и Егорову информировать его лично напрямую по этому делу.

Полковник подошел к Илье, находившемуся под действием транквилизаторов. Тот сидел в кресле, положив руки на подлокотники, и пристально смотрел в пол. Отрешенный взгляд изредка цеплялся за постель, где пять минут назад лежала его сестра.

Александр не позволил ему поехать с ней на скорой.

– Я убью его! – Илья сказал это так, что было невозможно не поверить. Полковнику стало не по себе. Меньше всего Шатарин хотел, чтобы Илья вляпался в дерьмо из-за этого ублюдка.

– Я найду и убью эту мразь! Я убью его! – не переставал повторять обезумевший Воронцов.

– Поехали, я сам отвезу тебя в больницу, – тихо произнес полковник, оставив без комментариев слова Ильи.

Он помог другу встать и выйти из номера.

Ему поступила информация о местонахождении Рувина, но он не сказал Илье. Шатарин точно знал, какие будут последствия, расскажи он ему, а для Воронцова это стало только началом кошмара.

Спустя десять дней после случившегося сестра Ильи выбросилась из окна палаты, находившейся на восьмом этаже больницы.

Воронцов не мог принимать участие в расследовании ее дела. Однажды утром он незаконно ворвался на допрос Рувина. Илья не сказал ни слова.