Чат

Его образ жизни и то, чем он зарабатывал на жизнь, существовали как однородная неразделимая субстанция. Информация важнее всего. Так он думал ровно до той минуты, пока не встретил Вику.

Что-то в системе его координат дало сбой. Это «что-то» невидимой силой сносило его с привычного курса. Когда Виктория обнаружила утром его машину у подъезда ее дома и подошла поблагодарить, Воронцов знал о ней все. Возможно, он даже знал о ней то, о чем она сама не подозревала.

Чутье никогда не подводило Илью. Он наткнулся на что-то странное.

Больше никаких сомнений! И вместо того чтобы продолжать ломать голову над возникшим ребусом, он попросил полковника еще об одном одолжении.

– Что-то еще, Илья? – спокойно спросил Александр.

– Скорее всего, да. – Последовала небольшая пауза. Неуверенность не отпускала, но он продолжил: – Только это личное, Саня…

– Интересно! – Шатарин не смог скрыть своего удивления. – В последний раз, когда ты просил о личном, я получил в ответ три трупа.

3.6

Май 2018 года, Москва, психиатрическая больница Савойлова

Илья в вальяжной позе сидел на металлическом стуле.

Он пустым взглядом смотрел в огромное окно кабинета доктора Савойлова. Голова раскалывалась. Этой ночью он не сомкнул глаз. Ему бы похмелиться. Прошел ровно год после смерти сестры. Нужно навестить ее. Но какой смысл ехать на кладбище?! Он сам превратился в кладбище с неуправляемой армией мертвецов, которые каждую ночь выкарабкивались из могил прошлого и вытряхивали из него мозги.

– Илья Николаевич? – послышался откуда-то слева вкрадчивый голос.

Начальник клиники и отдела судебно-психиатрических экспертиз и принудительного лечения внимательно разглядывал Воронцова.

– Я давно знаком с Александром Шатариным. Он сказал, что вам можно доверять.

– Я бы не советовал кому-либо доверять мне, – отрезал Воронцов.

Доктор Савойлов опять как-то странно посмотрел на Илью. Шатарин обещал прислать ему лучшего из лучших. Но когда он увидел перед собой Воронцова, то и без особых тестов понял, что этому парню самому нужна помощь.

Недельная щетина, кожа землистого оттенка, нервозность в движениях, ввалившиеся глаза с полопавшимися сосудами. Да от него перегаром несло за километр. Савойлов и представить себе не мог, каким именно образом Илья собирался спасти репутацию его клиники. По внешнему виду спасать нужно было его самого.

– В любом случае нам придется сотрудничать, – осторожно произнес психиатр.