Театр призрачных масок. Мир для двоих среди преступлений

– Он просто извиниться хотел, – тихо проговорила она, – мы пообщались пять минут и он ушёл, а тут вы подъехали.

– Знаю я таких извиняющихся, – сквозь зубы пробурчал он, – зачем ты врёшь? Для чего эта ложь? Не можешь сразу нормально сказать? Мы тебя этому не учили! Что ещё за номера?

– Я просто испугалась, – сдавленно проговорила она, покраснев, – боялась, что ты рассердишься и помчишься бить его.

Она стояла, обхватив себя руками и пристыженно опустив глаза.

– Ладно, я понял, – он вздохнул, подошёл к ней и обнял, – давай больше не будем ругаться, милая.

– Договорились, – тихо проговорила она, вздыхая и заглядывая ему в глаза.

Весь вечер девочка гнала от себя грустные мысли, вместе с матерью готовила, а сама молчала.

От Светланы Эдуардовны не укрылось подавленное состояние дочери, но она решила, что она расстроилась из-за ссоры.

– Не грусти, – тихо проговорила женщина, ловко защипывая тонкими пальчиками небольшие пирожки с мясом, – просто в следующий раз скажи правду, а не придумывай отмазки.

Матильда покусала губу и покраснела, врать матери совершенно не хотелось.

– Скажи, а у папы всё в порядке? – тихо спросила она, испуганно оглянувшись на дверь, – на работе, например.

– Да вроде всё нормально, – улыбнулась женщина, – а что? Почему тебя это вдруг так заинтересовало?

– А… – девочка помялась и села на стул, – он никогда не переступал закон?

– Закон? – Светлана Эдуардовна села на стул и замерла.

– Ну да, – девочка порозовела, – не было ничего такого?

– Да вроде нет, – женщина выглядела чересчур встревоженной, – дочка, почему ты об этом спрашиваешь? Что-то случилось?

– Да ничего такого, – пожала плечами Матильда, – просто любопытно.

– Ты не просто так про это заговорила, – Светлана Эдуардовна тряхнула волосами, – доченька, пожалуйста, скажи мне.

– Просто… – Матильда обхватила себя руками, решившись, – только папе не говори, пожалуйста… Этот мальчик приходил не просто извиниться.

Она передала короткий разговор с Сергеем, изредка бросая робкие взгляды на мать, которая замерла изваянием на стуле.

– Так и сказал? – тихо спросила она, побледнев, – но… Боже! Боже… Олег!

– Не надо! – в панике крикнула девочка, испугавшись.

– Тихо, не бойся, – помотала головой Светлана Эдуардовна, – всё хорошо.