Мне приснилось, что ты умерла

Выше него и как две меня. Гордился… Но денег все равно не заплатили, а шапку я не хотела вообще-то. Думала, что если не хотеть ничего, то мама с папой не будут ругаться. И не умрут. А потом бабуля связала мне капор. А папа как-то резко после этой зимы заболел.

Мы пять лет лечили его от астмы. И еще от варикоза. И от пьянки. Он задыхался. Вдыхал, делал глубокий вдох. (Глубоко вдыхает и тут же задыхается.) Вот так. Кислород до легких уже не доходил. Застревал где-то в горле. Мама смешивала сок каланхоэ с новокаином и терла ему ноги.

А он не выдыхал и работал. Просто ничего не чувствовал от этой смеси. И тогда у нас появились деньги. Мне даже первые джинсы купили. И еще одни потом. И еще. Папа работал в праздники и выходные. Мама продолжала его мазать. Вечером – каланхоэ, до вечера – работа.

Тогда мы все забыли про бабулю.

Но не я. Мы с ней в одной комнате жили. Когда ко мне приходили подружки, бабуля шла к маме с папой. Сидела на стульчике в уголке. Ее и не замечал никто. Про эхо все время говорила.

Вспоминала. И что-то еще маме по-доброму. А она отбрыкивалась и фырчала. Отстранялась. Будто ей дела ни до кого нет. Даже не говорила больше, что меня в детдом сдаст. Но я все равно думала, что я не их, что приемная.

Я жаловалась папе. А он говорил, что мама – святая. Что любит ее больше жизни. Больше меня, значит. Мы с бабулей самые одинокие были и не нужные никому. И я копила в себе гнев и терпела, терпела. Бабуля как-то спросила про школу. По-доброму. И я, как мама, психанула.

Звонко. Чтобы все соседи слышали.

Однажды ночью я проснулась, потому что бабуля кричала. Что-то мучительное и бессловесное. Эхо. Далекие-далекие голоса. Вся жизнь через крик. Я уехала.

Мама каждый день звонила. Я фырчала. Отбрыкивалась. Даже если рядом кто-то слушал, отбрыкивалась. Только собственный голос внутри, и больше ничего. Уехать еще дальше. Смены по двенадцать часов без выходных. Зудят ноги. Работать, работать, работать и не думать. На ногах как-то незаметно вспухли вены.

Я поднимала их над головой и так засыпала.

Мама обижалась. Говорила, что я ее совсем не люблю. Что мне противно с ней говорить. А я нашла твоего отца и любила его. У мамы случился инсульт, а папа шептал, что это из-за меня. Потому что это я на нее кричу постоянно. Папа сильно напился.

«Я вздернусь, если твоя мать сейчас умрет!»

В горло сухой ком поднялся. Сердце вот такое: тук-ту-тук-ту-тук. Обидно. Бабуля качала головой и переживала.