Пилюльки для души 2

Спрыгнуть

– переломаешься об острые камни, наверх уже не вскарабкаться, орать бессмысленно, наши не услышат, далеко.

Стас сел на землю, обхватил голову руками и завыл. Я заткнула уши, слышать это было невыносимо. Никита схватил друга за плечи и встряхнул:

– Будь мужиком! Сейчас что-нибудь придумаем. Стас! Да ты что?!

С земли не встал, но вой прекратился, и на том спасибо. Обошли площадку. С краю рос куст, тот самый, колючий.

– Вполне приличный. Должен выдержать. Стас, снимай штаны и куртку.

– А трусы тебе не снять?

– Может, придется и трусы…

В нас полетела сначала куртка, потом треники.

Внесла предложение:

– А верх от купальника пригодится? Здесь веревочки вроде прочные…

Никита мотнул головой:

– Пока не надо. Там посмотрим.

– На что посмотрим? – встрепенулся Стас, – На Маринкины буфера? Как тогда ночью, да? Я видел, как ты на нее пялился! – покраснела до корней волос, господи, как стыдно!

– Вломить бы тебе, – беззлобно пробурчал Никитос, – но сначала спуститься надо.

Он вытащил веревку из пояса штанов. Привязал хитрым узлом к кусту, на другой конец прикрепил одну брючину, ко второй привязал рукав куртки. Получилось нечто, метров на пять, если на ней повиснуть, останется метра три до земли, уже не так страшно.

– Значит так. Я пойду первым, за мной Марина, последним пойдешь ты, Стас!

– Щас! Эта хрень разорвется сразу. Первым пойду я. А вы тут разбирайтесь, как хотите.

И он, схватившись за импровизированную веревку, сполз, скрывшись за краем обрыва.

Пара секунд, звук падения и я вижу, как мой почти что муж, прихрамывая, не оборачиваясь, уходит вперед… из моей жизни. Как в замедленной киносъемке вижу его еще сегодня утром родную спину, волосы, развевающиеся на ветру. Больше ничего не вижу, он скрылся за поворотом. А по щекам неостановимо текут слезы. Они даже не туманят взгляд, просто текут.

– Мариш. Он не в себе. У него шок, так бывает. Все наладится…

– Я-то, Никит, в себе. Нечему налаживаться. Давай спускаться. Ты или я?

Никита стал спускаться, и штаны с треском разорвались пополам.

Он сумел сгруппироваться, перекатился через плечо и встал на ноги. У меня шанса спуститься не осталось. Да какая разница.

– Иди к лагерю. Веревку какую-нибудь принеси. Я подожду.

– Нет. Скоро стемнеет. Мариш, прыгай, как в прошлый раз. Я поймаю.

– Оба покалечимся, иди Никит.

– Ты прекрасно знаешь, без тебя не уйду.

Мне было не страшно, не больно, ни холодно, ни жарко, мне было все равно.