Terra Mirus. Тебе не кажется

– Сначала разграничим понятия, ибо правильная терминология – основа любого нормального разговора, – назидательно поднял он палец вверх. – Я действительно был людоедом тысячу лет назад, но сейчас у нас за такое наказывают, да и приличное общество плевать вслед станет до конца жизни. Каннибалом же я не могу быть по той простой причине, что я не человек, а себе подобных я не ем тем более. Так понятно?

Илона кивнула, хотя, зачем она врала? Ничего понятного не было.

– Что же касается тебя, милая, – обратился незнакомец к Июлии, – то ты феечка.

Предполагаю, что не фейри, не пикси и вообще не относишься к жителям Пустых холмов. Скорее всего, из луговых. Конечно же, не чистокровная, сама понимаешь. Вероятно, прадед или прабабка из них. Но кровь нелюдей сильна, и постоянно пробивается наружу. Вот и сейчас ты сидишь и молча потеешь от страха, вся комната запахом наполнилась. Но чем пахнет, чувствуешь?

Июлия от волнения даже не отреагировала на оскорбительную реплику, а просто повела носом.

– Фиалками какими-то пахнет, розой вроде и колокольчиками, – подумав, ответила она.

 – Я думала, это местный запах, мало ли, букет на полке где-то стоит.

– Нет, это ты. Я уверен, от тебя никогда не пахло так, как иногда несет от людей, которые плохо помылись или не воспользовались этими вашими штуками, которыми мажут подмышки и другие места, чтобы перебить естественный запах, – он с неодобрением покачал головой, – И я не думаю, что никто этого больше не замечал.

– Начальник твой! – ахнула Ксана. – То-то он к тебе пристает!

– Совершенно верно, – кивнул черноволосый.

 – Люди противоположного пола сходят с ума от запахов остроухого народца. Вы знаете легенду о Гаммельнском Крысолове? Есть версия, что он увел детей из города не только музыкой, но и собственным запахом, ведь он тоже не был человеком.

– Стой, погоди с легендами и версиями, – Ксана выставила ладонь вперед. – Если Илона – человек, а Июлия – феечка, кто же тогда я?

Мужчина поднял голову и взглянул на нее в упор. Его глаза снова сверкнули желтым.

И девушки с содроганием увидели, как круглый человеческий зрачок сужается, превращаясь в вертикальную щель.

– Ты сестренка моя, – тихо сказал он. – Конечно, тоже по прабабке или прадеду, но кровь – не водица, а уж своих я всегда чую. Потому тебя и нашел даже в чужом и теперь враждебном для нас мире. Ты – дракон, Ксана.

Ксана вытаращила глаза. Потом моргнула раз, другой… и захохотала.

– Мужик, я не знаю, кто ты такой, и что здесь устроил.