Адвокат под гипнозом

 – Помните, как у детского классика? «Вместо варежек перчатки натянул себе на пятки». Так вот, если бы не Наина, его добрый ангел, профессор мог бы так и ходить, не замечая неудобств. Нас, ученых, часто упрекают в том, что мы не от мира сего. Наверное, в этом есть своя правда.

– Но таким он был всегда, – уточнила Дубровская.

– Так точно.

– Что же случилось после смерти Наины, если профессор вдруг проявил интерес к реальной жизни настолько, что решил жениться?

– Профессор поначалу не осознал, что произошло.

Потом замкнулся в себе и даже забросил опыты. Он часами сидел в лаборатории, бесцельно гоняя по столу пепельницу. Он отказывался говорить с кем-либо. Мы боялись, что он свихнется от горя. Кто-то порекомендовал ему обратиться к психологу.

– Правильное решение.

– И мне так кажется. Лечение было настолько эффективным, что профессор не только пришел в себя, но и, удивив нас, женился.

– Вас это обрадовало или насторожило?

Ученый пожевал губами и уставился на ответчицу. Та ласково улыбнулась ему в ответ.

Мужчина сбился с мысли.

– Я… понимаю его. – Он облизнул губы.

«К сожалению, так ответит любой здоровый мужчина, – досадливо заметила про себя судья. – Даже мой собственный муж. Хотя вряд ли он рискнет сказать мне об этом вслух»…

– Определенно, профессор Каменев свихнулся на склоне лет! – безапелляционно заявила очередная сердитая свидетельница.

– Почему вы так решили? – оживилась адвокат.

– Я беседовала с ним, пытаясь отговорить от опрометчивого шага, – заговорщицки улыбнулась дама.

 – Я приводила сотню доводов, доказывая, что за птица его милая невеста. Я стыдила его, заставляя вспомнить о дочери. Я заклинала его памятью покойной жены. Я умоляла его не выставлять себя на посмешище.

– Ну, и…

– Ответом мне был идиотски счастливый взгляд!

«Опять не то! – вздохнула судья. – О чем, черт побери, думает адвокат?»

– Были ли странности в его поведении? Может быть, провалы в памяти? Он заговаривался? Совершал необъяснимые поступки?

– Да! Разумеется, да!

– Ну, так говорите! – не выдержала судья.

– Так я уже все сказала, – удивилась свидетельница. – Он женился на молоденькой женщине. Разве это объяснимый поступок для пожилого, достойного мужчины? Он забыл о жене и дочери. Разве это не провалы в памяти? А заявить то, что он сказал мне перед свадьбой, это, определенно, бред сумасшедшего.

– А что он вам сказал перед свадьбой? – устало поинтересовалась судья. Надежда умирала последней.