Двойные игры адвоката

Машину поставишь сама?

– Разумеется.

– Ну, давай. До встречи. Будь осторожна…

Будь осторожна. Ну зачем только он это сказал? Екатерина и сама ощущала привычный холодок в груди. Ей нужно было поставить машину, а потом пересечь небольшой парк. На все требовалось минут десять, не больше, но даже это казалось Кате проблемой. Сумерки действовали на нее угнетающе. Лучше бы, конечно, Аркадий встретил ее. Но просить его об этом не хотелось. Муж после долгого дня заслужил покой. Его деятельность в крупном банке требовала самоотдачи и организованности.

Он работал на износ, обеспечивая и себя, и жену, поэтому отрывать его от газет и вечерних новостей было бы с ее стороны эгоистично.

Она заехала в паркинг, поставила машину на место и некоторое время оставалась за рулем, не решаясь покинуть этот островок безопасности. Но так сидеть можно было до бесконечности. Нужно идти домой и греть для Аркадия ужин. Несмотря на то что она оставила жаркое на плите, он наверняка поленился разогреть его. Когда ее не было дома, муж ограничивал себя куском колбасы с хлебом.

В быту он был беспомощен и ленив, как ребенок.

Катя вздохнула и нехотя покинула автомобиль. Ее шаги гулко отдавались в бетонном помещении. Паркинг был безлюден. Женщина поднялась по лестнице на один уровень. Здесь располагался выход на улицу, и тут же стояла будка охранника. Он, увидев ее, заулыбался.

– Добрый вечерок, Екатерина Андреевна! Припозднились?

– Да. Иду домой. Доброй ночи, – ответила она, стараясь, чтобы ее голос звучал приветливо.

Женщина покинула помещение и ступила в холодную мартовскую ночь. Было ветрено и очень темно. Катя обнадежила себя тем, что через несколько минут она уже будет у себя, в теплой и уютной квартире. Она разогреет жаркое и, вопреки своим намерениям не есть на ночь, все же составит мужу компанию. Они будут есть мясо и пить вино. Кажется, с праздников в холодильнике сохранилась початая бутылка отменного французского… Катя поежилась, уговаривая себя: «Всего пять минут, если я буду идти быстро… Пять… Завтра же обязательно куплю успокоительное. Нельзя так истязать себя!»

Она сделала несколько шагов по направлению к дорожке.

– Куда торопишься, красавица? – окликнул ее чей-то хриплый голос.

Темная мужская фигура возникла словно из воздуха. Екатерина могла поклясться, что, когда она выходила из паркинга, площадка перед сквером была пуста. Не было никого и на лавках. Малоприятно сидеть на них ветреной мартовской ночью.