Звездный час адвоката

Удивительно, но цивилизация все-таки пришла в этот подвал, в котором было так сыро и уныло, как некогда в казематах инквизиции. Раньше, как ей было известно из собственного опыта, некоторые особо изобретательные следователи проводили опознание через шторку в окошке двери. Таким образом предпринимались меры по защите свидетеля или потерпевшего, наотрез отказывающегося встречаться с преступником лично. Это было примитивно, но действенно.

– Ну да ладно, – примирительно произнес следователь. – Я вовсе не желал вас обидеть.

Вам наверняка самой хотелось узнать, что за птица эта ваша новая подзащитная. Так вот я вам предоставил замечательную возможность понаблюдать за ней со стороны.

– И что можно сказать о человеке, наблюдая за ним, как вы говорите, со стороны? – спросила Дубровская, все еще злясь из-за того, что веселый следователь выставил ее в глупом свете.

– Многое, – заявил тот. – Вы знаете о такой науке – физиогномике? Это умение определять характер человека по внешности.

– Это лженаука, – решительно заявила Елизавета.

 – Внешность человека бывает обманчива.

– Ну, не скажите, – не согласился Красавин. – Для опытного наблюдателя заметить скрытые пороки человека не так сложно, как это кажется на первый взгляд. Но что мы спорим? Давайте просто поглядим на госпожу Данилевскую и сделаем выводы. Каждый – свои. А потом сопоставим результаты? Идет?

– Подсматривать за человеком, не подозревающим, что за ним следят, – это как-то нехорошо, – неуверенно сказала Лиза, тщетно пытаясь вспомнить, содержит ли Кодекс профессиональной этики адвоката прямой запрет на этот счет.

– А я пишу работу по психологии убийства, и мне, как исследователю, важны такие наблюдения, – вдруг признался Красавин.

Дубровская посмотрела на следователя с интересом. Надо же, поначалу она восприняла его, как пижона, щеголяющего модной строчкой там, где принято одеваться скромнее. Но, видимо, этот Красавин не столь примитивен, как ей показалось на первый взгляд. Получается, это она не умеет разбираться в людях?

– Ну что же, давайте попробуем, – неожиданно для самой себя согласилась Елизавета, вспомнив про свою начатую диссертацию, заброшенную теперь куда-то на антресоли.

В конце концов, ее тоже можно назвать исследователем!

Дубровская испытала легкое разочарование, оттого что ее ожидания не оправдались. В воображении молодого адвоката успешная писательница должна была выглядеть как-то иначе. Разумеется, Лиза знала, что Данилевская еще молода.