Две стороны жемчужины

– Мария Алексеевна, а почему выкаете? Я ведь ваш бывший ученик, давайте, как раньше, по-простому.

– Хорошо, Юра. Твои родители в последнее время, особенно отец, бьют Арину. Меня они не послушают, поговори с ними сам, пригрози или приструни их как-то. Она ведь ещё совсем ребёнок, к тому же девочка. Я не могу обратиться в соцзащиту: Арина панически боится, что родителей лишат родительских прав, а её заберут в детдом.

– Верно, она не выдержит там. Сестрёнка как вольный ветер не выносит правил и подчинения.

Я поговорю с предками, но думаю, толку ноль. Мать не особо ко мне благоволит, она только в Димке души не чаяла. Он был её любимчиком, а мы с Ариной так, случайные дети.

– Юра, а ты не хочешь забрать Арину к себе?

Пару секунд из трубки доносилось лишь дыхание, потом довольно резко Юра произнёс:

– У меня нет ни возможности, ни времени приглядывать за сестрой. Да и не живу я долго на одном месте, а ей ведь надо в школу ходить. Я постараюсь урезонить родителей.

У вас всё?

– Ещё одно. Арина растёт и ей требуются вещи…

– Я вас понял. Деньги привезу. Мария Алексеевна, спасибо, что помогаете моей сестрёнке. Я вам полностью доверяю, купите ей всё необходимое. Если ещё деньги понадобятся, звоните по этому номеру.

О чём беседовал Юра, как втолковал родителям не трогать Арину, но синяков на её теле поубавилось, хотя изредка они продолжали появляться. Иногда Мария Алексеевна ощущала себя беспомощной и бесполезной, она не имела никакого права забрать девочку от пьющих родителей.

В моменты трезвости мать Арины относилась к ней как к настырной бабке, вмешивающейся не в своё дело. Она не позволяла дочери заходить к ней и даже разговаривать. Арина забегала украдкой, когда родители были на работе, чувствовала себя виноватой, без конца извинялась.

– Бабушка, я не предательница, просто мама сильно ругается.

Мария Алексеевна гладила девочку по голове, переплетала косы.

– Мне бы такое и в голову не пришло. Я бы радовалась, если бы твоя мама всегда была трезвой. В первую очередь ребёнку нужна мать.

– Но я так скучаю по вам, – простодушно признавалась Арина. – И почему мама злится…

– И я скучаю, но переживать за меня не стоит.

Очередное кратковременное просветление ума у Рудаковых быстро заканчивалось, и Арина снова появлялась на пороге квартиры соседки расстроенная и плохо выспавшаяся.