Горькая брусника

Скорее всего, этот представитель мужского племени так избалован женским вниманием, что на такую, как я, второй раз и не взглянет.

Проходя мимо привязанных к деревьям лошадей, я не удержалась и погладила каурую кобылку. Она доверчиво потянулась к моей руке. Я достала из кармана джинсов завалявшуюся там конфету. Как хорошо, что я сладкоежка. Теперь смогу угостить эту красавицу. Лошадь аккуратно взяла лакомство с ладони.

– Любишь лошадей? – услышала я позади себя уже знакомый грассирующий голос.

Мужчина подошел ко мне совершенно бесшумно.

Я обернулась.

– С детства. Когда-то даже просила родителей купить мне лошадь.

– Ангел! Мы тебя ждем, – позвали его спутницы.

На пару секунд мне показалось: досада отразилась на его лице. Но он тут же улыбнулся и крикнул девушкам:

– Сейчас иду.

Потом снова повернулся ко мне.

– Вы отдыхающая?

Я кивнула.

– Извините, что напугали вас. Тогда на дороге.

– Извиняю, – улыбка растягивала мой рот до ушей. – Ну ладно, вам нужно идти, мне тоже.

Я возвращалась в Вереево, досадуя на себя. Приехала заниматься серьёзным делом, а сама занимаюсь чёрте чем. Неужели боль от потери сестры не мешает мне заглядываться на мужчин. Дорога к дому бабы Поли заняла немного времени. Как-то я прочитала в книге выражение «Синие сумерки опускались на притихшую землю». Прочитала и решила: выдумки. Я сельский житель и сто раз наблюдала, как наступает вечер. Постепенно всё вокруг теряет яркость. Темнота сначала поглощает дальние дома, деревья, предметы, подступая ближе и ближе к любому источнику света.

А в этом селе воочию увидела: не успело солнце скрыться за горизонтом, как вокруг всё стало сине-фиолетовым. Я шла по улице и любовалась светящимся синим воздухом. Приятно пахло маттиолой и душистым табаком, видимо, пряные растения были посажены во многих дворах сельчан. У нас в семье тоже любили эти цветы – мы с мамой сажали табак и ночную фиалку не только в палисаднике, но и на огороде в нескольких местах.

Я открыла калитку хозяйского дома.

Ага, у бабы Поли тоже имеется маттиола. Днём я не обратила внимания на невзрачные кустики, растущие вдоль дорожки от калитки и до крыльца. Во дворе дома за столом сидела Полина Андреевна и незнакомая мне старушка. Лампочка в круглом матовом плафоне, висящая над их головами, светила тускло, поэтому я не могла разглядеть собеседницу хозяйки.

– Настенька, чайку хочешь? – окликнула меня Полина Андреевна.

Я подошла к бабулькам ближе.