Когда цветёт акация

– Но если бы я ему была безразлична, он бы не пригласил на свидание?

Юля уткнулась лицом в плечо Аси. От подруги пахло шоколадом и орехами. Ася любила сладкие, но не приторные ароматы, даже шампуни и кремы покупала с запахом кофе, шоколада, арбуза или персика. Смешиваясь с её личным ароматом, эти запахи удивительным образом становились более тонкими и нежными.

– Почему ты молчишь? – нахмурилась Юля.

– Думаю рано судить о его чувствах. Время покажет.

– Какая ты у меня, Аська, прагматичная. Неужели тебе не понравилось, как целуется Дан? Или у вас первого поцелуя ещё не случилось?

– Случилось.

Но у меня возникло такое чувство, будто я для него просто желанный кусок мяса, ну или лакомый обед.

– Что за сравнение? – Юля села в кровати. – Фи! Мясо. Почему тебе так показалось?

Ася тоже села в кровати. Её карие глаза были грустные и печальные.

– Понимаешь, он шутил, веселил меня. Время от времени смотрел загадочным взглядом, и будто невзначай касался плеч, рук, талии. Но в этих прикосновениях не ощущалось души, словно он ощупывал товар: годится или нет? Я позволила ему поцеловать себя, уж слишком настойчиво он этого добивался.

Но знаешь, снова поняла: механически он участвует в процессе, а его мысли где-то далеко. Если моё тело можно обмануть, то душу вряд ли. В глазах Дана не отражалось ничего, кроме обычной похоти.

Юля облокотилась о спинку кровати, укрыла ноги одеялом.

– А ты не могла ошибиться? Мне вот казалось: Гай улетал вместе со мной. То, что я испытала с ним, трудно передать словами.

– Я рада за тебя. Вдруг Холодов и, правда, тот самый единственный. Это было бы замечательно.

– Ась, не переживай. Вдруг твои чувства тебя обманули.

***

– Входи, не бойся. Можно негромко разговаривать. Хотя наша соседка ещё дрыхнет, делает она это в берушах, так что ничего не услышит. – Ася подтолкнула Диму, в нерешительности остановившегося на пороге комнаты.

Дмитрий обвёл глазами временное жилище подруг. Комната, разделённая на две неровные части, представляла собой забавное зрелище.

На меньшей части, принадлежащей соседке Аси и Юли, уборка, видимо, делалась по мере необходимости, лишь когда куча хлама грозила пересечь черту, жирно проведённую маркером на линолеуме. На кровати, больше напоминающей логово беспризорника, спала девушка. Выглядела она живописно: половину её лица скрывала чёрная маска для сна, волосы, рассыпавшиеся по подушке, были длинные, густые и волнистые.