Академия ЗОЖ

Вот так-то!

Листочки на лбах забавляли лысого следователя и заставляли то и дело смеяться в кулак при очередном громогласном призыве на отработку. Мужчина даже попросил подарить в отделение полиции подобное дерево, чтобы опаздывающие на службу доблестные служители закона получали по заслугам. Уильям Кертис, не будь дураком, обещал подарить желаемое "при благоприятном исходе дела".

На десятом по счету круге почувствовала, что устала безумно, но все равно повторяла одно и то же, отвечала на одни и те же вопросы, поданные в другом сиропе.

И наконец, взмолилась:

–А нельзя нам просто зелье правды споить?

–Нельзя. Вы могли выпить антидот заранее! – отрезал следователь, продолжив истязания словом.

–Как насчет слепка ауры? – взмолилась я на одиннадцатом круге.

–И без Ваших подсказок сделали! – рявкнул бритоголовый служитель закона, у которого тут же протяжно заурчал живот. Ага! Голодный мужик – злой мужик, это я по папе знаю!

–Вы же тоже устали, есть хотите, а мы с Заком ничего нового не скажем.

Да и слепки Вы, оказывается, уже сделали… – я постаралась непрозрачно намекнуть, не чувствуя под собой ног от моральной усталости.

–Отставить разговорчики! Положено так! – рубанул с плеча следователь и сопроводил фразу увесистым взглядом.

–Как только закончите все процедуры, я хотел бы угостить Вас обедом в новом ресторане нокейской кухни. Говорят, что их фирменно блюдо просто бесподобно, тает во рту! Но вот незадача, подается только до четырех часов дня…

–Допрос окончен! Адептам Дженни и Заку Уверли запрещено покидать стены академии до конца следствия! – бритая голова свернула перед моим носом, когда следователь стремглав собрал все документы.

Через минуту в полной готовности вкушать фирменные блюда нокейской кухни мужчина стоял у двери, будто каменное изваяние:  ни притопа ногой, ни взмаха ресниц. Подумала бы, что статуя, если бы не возмутительно громкое урчание его живота. Наверное, давно на смене, и даже не поел… А ректор, оказывается, молоток! Знает, чем брать!

Ректор захватил портфель с документами и обратился к нам:

– Вы можете идти, – взглянул на часы и добавил, – если поторопитесь, то успеете на обед, а потом на назначенную отработку.

Устало посмотрела на Зака и поняла, что мы солидарны в одном:  крошка в горло не полезет. Странное чувство эмоционального комка, что сгустком заполнил живот и лишил на время чувство голода, плотно обосновалось внутри.