Оборотень по объявлению. Алрик

И пусть повода для этого нет (сама влюбилась – сама виновата), но от мысли о защитниках стало значительно легче. От одного понимания, что сегодня Алрик переступит порог берлоги и найдет свою истинную в лице моей сестры, хотелось закрыться в кладовой и молча смотреть в темноту. Даже перспектива получения половины фонда спора за ничью не радовала.

Огромная кухня в такой ранний час уже была полна народу, поэтому вопрос Вани не остался незамеченным. Помощник главы даже стопку бумаг уронил от возмущения.

– Да кто посмеет оставить себя без вкусненького? Я таких дураков не знаю.

 – Женя собрал бумаги с пола и подошел к кухонному рабочему столу. – Ого, зачем столько масла? Что будет в этих огромных противнях? На всех хватит?

Может, мне остаться, чтобы помочь тебе их таскать? Ты же сломаешься, пока до духовки донесешь!

Я только замахнулась венчиком, но за меня треснул Ваня. Причем сделал это куда сильнее и совсем не в шутку, как хотела я.

– Ты один раз уже помог! Потом солянку после тебя спасали.

Не мешай мелкой творить, пошли! – Ваня после подзатыльника хотел дружески положить руку помощнику на плечо и увести, но Женя был хоть и немного меньше в теле, но не менее сильным – он перехватил чужую руку и мигом заломил ее Ване за спину.

Заварушки и выяснения отношений между мужиками в берлоге – дело нормальное, поэтому я раскинула руки и скомандовала:

– Отошли от плиты! А то без завтрака останетесь!

И тут в огромное помещение кухни вошла сонная Мира.

– А что на завтрак? – повела она носом и протерла еще раз глаза.

 – Болоньезе мутишь? Лазанья, что ли? Она же часа два готовится. Это скорее обед. Ребята, не ждите – мажьте бутерброды. И берегите свои телефоны – систер любит бить чужую технику.

Мои раскинутые в стороны руки медленно опустились и повисли вдоль тела.

– Сожалеешь? – с вызовом заглянула мне в лицо Мира.

Венчик упал из моей ослабевшей кисти, и парни тут же перестали заламывать друг другу руки. Ваня поднял потеряшку и отдал мне.

– Нютик, ты в порядке? Что побледнела так? Давай я куплю что ты разбила, не переживай.

А ты мне натурой отдашь.

Я перевела взгляд с сестры на Ваню. Пришлось задрать голову, чтобы заглянуть в лицо молодому оборотню, глаза которого забегали:

– Ну, стряпней отдашь. Едой, понимаешь. А? Давай сделку? Глава завалил работой, я могу много платить, а ты мне еду доставлять. Как тебе?

Женя стукнул стопкой бумаг Ваню по лицу.

– Губу закатай! Тоже мне, джентльмен.