Оборотень по объявлению. Альфа ищет пару

 – Я надеюсь, что они про него забудут…

Волки были слишком самонадеянны. Они ожидали, что мы будем сидеть в своей комнате, словно мышки: тихо шурша, поедая сыр и изредка попискивая. А между тем меня раздирало от любопытства – я хотела посмотреть на их жизнь изнутри. Хотя бы ночью, когда все расходятся по своим комнатам. Осмотреть их сад, пройтись по коридорам. Сунуть нос в дальние кладовые…

Инстинкты лисы брали верх. Я была на незнакомой территории, а не в своей уютной норке. Ноги горели от желания почувствовать почву под ногами, но я заставила себя дождаться, пока Маша не уснет.

Тарелки на подносе позвякивали, ступала же я почти невесомо, бесшумно. Если меня и обнаружат, то из-за моего же «прикрытия», а таковым я считала забытый всеми поднос. В случае если бы меня поймали на осмотре дома, я могла бы смело сослаться на пустую посуду и поиски кухни. По мне, так это было в сто раз лучше, чем придумывать историю на ходу.

Сначала я останавливалась через каждый метр, прислушивалась к мирному посапыванию из-за дверей других комнат.

По соседству от нас было пусто – в этом я была уверена. У лис была одна особенность: стоило приложить руку (а еще лучше лапу) к поверхности, и шестое чувство подсказывало, был ли там кто живой. Такое чутье выручало на охоте, и было просто незаменимым. Я любила припасть лапами к снежной кочке зимой и почувствовать движение мышки в своей норе. Именно поэтому я безошибочно определила, что на этаже занята только половина комнат.

«Интересно, все остальные члены стаи живут не здесь? Невозможно, чтобы волков было так мало!» – подумала я, чуть не пропустив спуск вниз.

По моим подсчетам здесь проживало не более 30 волков. И я была почти на сто процентов уверена, что обитатели дома – одни мужчины. Возможно, здесь проживали только молодые волки? Или те, кто еще не имел пары?

До обычаев серых мне было так же далеко, как до карьеры балерины. Ступенька, еще одна, еще… Я сбилась со счета, чуть не пропустив одну, и еле спасла поднос от падения.

– Ох, мамочки! – одними губами сказала я, восстанавливая равновесие.

Холл в темноте выглядел мрачно. Коричневая обивка диванов практически поглощалась тьмой, некоторые предметы можно было угадать только по очертаниям. Никакого движения – поэтому мое зрение не фокусировалось на них. Но стоило тени промелькнуть в большом окне, как все органы чувств завопили об опасности.