Оборотень по объявлению. Альфа ищет пару

Незнакомец оказался альфой волков! Но как такое возможно?!

Наверное, эти мысли были написаны на моем лице, так как мужчина грустно усмехнулся:

– Беги, лисичка, пока я тебя не съел!

Я осталась стоять на месте, абсолютно растерянная. А то, что было сейчас… Как это тогда назвать? Что это было для него?

Он совсем не затворник, не обделен вниманием и с положением в обществе тоже не имеет никаких проблем. Да, у него есть физический недостаток, но волк ведет полноценный образ жизни! И он прекрасно знал, кто я! Мог при желании со мной поговорить…

– Беги, – тихо повторил он.

И я, откинув вопросы, побежала прочь. От него, он непонятных поступков, от взрывоопасных поцелуев. И чем дальше я удалялась от Стаса, тем отчетливей понимала, если бы он хотел чего-то серьезного – получил бы незамедлительно. Из чего сделала грустный вывод: лисица волку не пара. Нужно было быстрее сваливать из логова серых!

Один день! Нужно продержаться всего один день! И я больше его не увижу!

Сад в особняке Суворовых.

– Решил отрастить жабры? – Егор присел на пластиковый шезлонг и с тревогой посмотрел на альфу.

Станислав Суворов одарил его хмурым взглядом и оттолкнулся от бортика бассейна. Гребки рассекли воду, и уже через несколько секунд блондин вынырнул на другом конце бассейна.

– Если ты не нашел ее – лучше уйди с глаз долой! – рыкнул вожак, одним рывком вылезая из бассейна. Сдернул с перекладины полотенце и стал порывисто вытираться.

Егор следил за другом, не спуская глаз:

– Ты из-за этого не в той шкуре?

– Так что? – вопросом на вопрос ответил альфа.

– Ты же сам знаешь, что мы не можем до нее дозвониться. Ни днем, ни ночью.

Станислав перекинул полотенце через плечо и как был, в одних плавках, пошел к дому.

– Ждем еще один день, – не оборачиваясь, бросил он.

– А дальше? – Егор поднялся на ноги.

– Будем рыть землю!

Глава 7

– Просыпайся, Кать! Ну, вставай же! Нас забирают домой! – Маша тормошила меня за ногу.

Приоткрыв один глаз, я остановила взгляд на подруге, готовой к выходу: те же бриджи и майка, как в день приезда. Глаза возбужденно блестят: ей не терпится оказаться в родной лисьей «норе».

Я не хотела открывать второй глаз – это бы значило окончательно расстаться со сладкой негой сна. Смотреть в лицо неприглядной действительности. И держаться от Станислава Суворова как можно дальше.