Оборотень по объявлению. Моя строптивая пара

– С чего ты взял?

– Она не глупая, – сказал ночной волк сквозь сжатые зубы.

Водитель повернулся на сиденье и внимательно посмотрел на Муна. Тот сидел с закрытыми глазами, откинув голову назад, а тело все еще было сведено в едином спазме.

– Мун, ты как? Хреново выглядишь! Думал, ты ее растерзаешь! Она же тебя затрогала всего. Как ты только выдержал? Тогда Петьке руку сломал за хлопок по плечу, а Андрея в двойной кульбит отправил за случайный толчок. А эта дева тебя знатно метелила! Я уже попрощался с ней!

Мун вспомнил комбо из захлестывающего желания обладать незнакомкой и рефлекса оттолкнуть любого, кто коснется его тела.

Словно солнечный удар! Да, именно так Мун чувствовал себя!

Будто его опьянило обманчиво теплыми лучами, а потом нокаутировало наотмашь. Голова шла кругом, тошнило, а мозг бредил незнакомкой, подбрасывал варианты ее образа.

Как она выглядит? Какого цвета глаза? Она светленькая? Почему-то Мун был уверен, что да.

То, что у нее отличная фигура, оборотень уже оценил всем телом. А еще острые локти и колени!

Черт! Всего отпинала, избила, замесила чувства в такое липкое тесто, что хрен слепишь что-то понятное! Мешанина внутри!

До сих пор всего колотило, а кожа была влажной от пота.

А как его тянуло к ней? Магнитом! Хотя мышцы все сплетало канатами боли.

Даже сейчас он жадно принюхивался, старался как можно больше впитать в себя аромат солнца.

Весь внутренний резерв волка ушел на сдерживание, сейчас Мун был опустошен. И так и не понял, что было сильнее: желание взять ее или сцапать.

Мун чувствовал себя пьяным до одури от ударов Солнца и…

Брошенным? Одиноким?

«Б-р-р!» – встряхнул головой мужчина.

– Почему ты дал ей уйти? Я бы поймал в два счета!

– Я сам! – отрезал Мун. – Только я. А пока трогай! Возвращаемся к стае!

– Но ночью будет труднее ее отыскать! Это же город – тысячи запахов! –  ворчливо отозвался Костя.

– Мне нужно прийти в себя.

– А-а-а, понял! А то растерзаешь ее, да?

– Или еще что похуже…

***

Ледовый дворец. Санни

– Санни, что это на тебе? – Паша заглянул в мой кабинет и удивленно склонил голову набок.

Это сокращенное обращение приклеилось ко мне сразу, как только я устроилась на работу. “Сашком” разрешать я себя не называла, Александрой – слишком громоздко и официально, вот ребята и окрестили меня Санни на американский манер.