Подопытный ректор для ведьмы

Довел ведьму!

– Теперь посиди здесь с ночку! – приказала я и поплелась в расстроенных чувствах спасать то, что еще можно спасти из трав.

ГЛАВА 3

ГЛАВА 3

Порядок на кухне совсем не радовал. Полная мусорка трав доводила до отчаяния. А еще в погребе осталось только три банки консервированных овощей.

Я банкрот!

Из чего зелья варить? Что продавать? Не себя же!

Ведьминские вещи никто в здравом уме не купит, а насылать порчу за деньги я сроду не стану, даже на смертном одре. В ближайших лесах я собрала все коренья, все травы – на меня даже местные в обиде.

Разве что ночные горные редкости неосвоенные остались. Вот и запрягу я моего настоянного в зелье клона в путь-дорогу на завтрашнюю ночку. Пойдем добывать ингредиенты, а то жизнь меня по миру пустит.

А пока посмотрю, что из кремов завтра на рынке продать можно. Вот поутру клона намазюкаю, запечатлею эффект, выпишу официальную бумагу тестирования и продам подороже.

– Ирма-а-а! Ну пусти-и-и, я мышей ловить могу.

Сама себя прокормлю! – мурлыкала кошка у забора.

– В ведьминском доме даже комара без спроса не бывает, не то что мыши! – Я высунулась в окно, схватилась за ставни и с грохотом закрыла их.

– Так я по соседям ходить могу! – не унималась кошка.

– Вот поэтому тебя и прозвали Хрючелло: ни стыда, ни совести. В точности как у клона, – пробормотала я.

Закрыв все ставни, я подошла к камину и растопила его. Дни здесь всегда были теплыми, а вот ночи – прохладными. Без поддержания огня никуда.

Я кинула побольше дровишек в языки пламени,  и труба привычно напугала всю округу хлопком. Выпустила белое облако, которое окутало мою территорию непроницаемой пеленой. Теперь никто снаружи не услышит и звука, не увидит и тени. Эта древняя магия дома позволяла моим предкам колдовать себе вдоволь, не боясь сплетен, и оградить соседей от последствий неудачных экспериментов.

А вот мне сегодня варить было нечего. Уцелевшие корешки годились только как вспомогательный эксперимент к зельям, поэтому впервые за три года, что я живу одна, я легла спать пораньше.

Перед сном в голове мелькнула мысль, что если бы клон был живым, как прикидывается, то ему бы не поздоровилось. Сначала он сварился бы в обжигающе горячем зелье, а если бы выжил, то замерз под утро в остывшем котелке. И все-таки хорошо, что подопытные без души и аппетита, а то ему пришлось бы нелегко с такой ведьмой, как я.

Под утро пелена у дома рассеивалась.