Подопытный ректор для ведьмы

Цап его за руку – и затащила, ничего сложного. Думай о монетах, звонких золотых, мягких на зубок. Думай о том, что починишь дом, накопишь на образование, воскресишь род из праха забвения.

Мотивация – сила! Я вдохновилась счастливым будущим и смело схватила клона за запястье.

– Заходи уже на территорию, строптивый пень! – сказала и потянула упирающуюся покупку на себя.

Он настолько напрягся, пытаясь сопротивляться, что все мышцы пошли судорогой. На мою землю он повалился навзничь, лицом вниз.

– Ты не пень, ты полено! – негодующе покачала я головой и повернула голову на скребущий звук со стороны забора.

Хрючелло жалобно смотрела на меня у калитки.

– А я? Приюти – не пожалеешь. Я полезнее корня веньгеня, спокойней тысячелетнего змея, хитрее…

– И скромнее? – перебила я, и кошка запнулась.

– Я полезная, – с обидой сказала она.

– То-то тебя Хрючелло вся округа называет. А вторая кличка – Вредительница. А в ведьминском доме должна быть кристальная чистота. Магия не любит нерях!

– Вредительница я почему? Потому что бездомная! Я тебе помогу с “этим”, – обозвала средним неведомым родом кошка поднимающегося с земли клона, на чьей щиколотке алела печать подчинения.

 – Пригляжу, пока зелья варишь. Доложу обо всем. Разве лишние глаза бывают?

А вот это может быть полезно. Но кормить мне питомца нечем, а я так не могу.

– В следующий раз. Когда разбогатею, – со вздохом сказала я.

Кошка закатила глаза и обиженным ковриком расстелилась перед калиткой.

– Зови на помощь, если что, будущая хозяйка, – пробормотала она в лапу.

И тут я взвизгнула, потому что мир перевернулся в прямом смысле слова. А потом обзор накрыла юбка, непоколебимым законом притяжения устремившись к земле.

За талию, лицом вниз, меня крепко держал клон.

ГЛАВА 2

ГЛАВА 2

Бабуля всегда говорила: “Как бы ни был пуст кошелек, любая уважающая себя ведьма должна хорошо выглядеть”.

Я старалась, правда. Внешне ко мне не придраться.

Платье чистое, из шкафа былой славы древнего ведьминского рода взято. Туфельки собственноручно сшиты, точно по ножке. А вот белье – с ним беда.

Все купленное с запасом предками наследие устарело, а на современные модные вещички не было средств. Поэтому мой перешив старого на новый лад был сносным от понятия “не видят – и ладно”, а не от “сносно – вполне себе ничего”. Выставлять его на обозрение всей улице – это заработать славу посмешища.