Капитан перехватчика

Искандер не удержался от невольной улыбки. Если бы не Джесс… вряд ли Наташа произнесла бы те слова.

Увы, но сейчас она мало чем могла помочь. Джессика умела предвидеть будущее, но не была знакома с навигационными картами.

– А потом объявим, – тут же подхватил полковник, – что так и так… по заверениям одной, весьма известной ведьмы…

– Хочешь сказать, что вариантов у нас нет? – огрызнулся Таласки. Теперь уже вполне серьезно.

Не впервые Игорь ощущал свою беспомощность, но никогда до этого так остро.

Даже хваленая фантазия, не ограниченная никакими рамками, пасовала перед создавшейся ситуацией. А ведь только все начало налаживаться…

– Должны быть, – равнодушно пожал плечами Шторм, – мы их просто пока не видим. Или придаем слишком много значения факту, который на самом деле ничего не значит.

– Что ты… – зарычал Таласки, делая шаг в сторону Шторма.

Тот словно и не заметил.

– Капитан Орлова выполняла свой долг. Она – офицер Службы внешних границ, и все, что она сделала, сопровождая конвой и позже, – ее долг.

Это не значит, что поисковой операции не будет, просто проводить ее огульно…

– Жестко, – вклинился Шмальков. – Сомневаюсь, что старх ждет именно такого ответа. Но если приглядеться…

– …то возникает образ сурового воина, готового ко всему ради спокойствия на окраинах, – закончил Шторм. – Индарс провоцирует нас на игру, мы же должны занять пусть и нелицеприятную для нас, но твердую позицию. К тому же капитан Орлова – один из опытнейших капитанов-перехватчиков, которая знает Галактику значительно лучше, чем те, кем рискует император.

– Цинично, – опять позволил себе заметить Шмальков.

Шторм только пожал плечами, мол, служба у нас такая.

Остальные промолчали, соглашаясь и… не соглашаясь. Опять пресловутые долг и… долг. Честь и… честь. Трудно делать выбор, когда это касается близкого тебе существа.

Каждый из них знал, что будь на месте экипажа «Зверя» другой, было бы не легче.

– Я согласую это решение с императором Хандорсом и кангором Синтаром и, если возражений не будет, оповещу о нем Индарса, – не показывая, насколько ему тяжело, прервал затянувшуюся паузу Орлов, отворачиваясь к экрану.

Держал он себя в руках с трудом.

Сложно быть отцом. Чем старше становится ребенок, тем сложнее. Бесполезно повышать голос, требовать, поздно подкладывать соломку, беспокоясь, чтобы не поранился. Можно только надеяться и верить.

Верить и… надеяться.