Бумеранг любви, или Три дела по одной цене

В мае ездила в Новый Свет, там есть бухта закрытая горами, мыс Капчик похож на ящерицу в воде, а с одной ее стороны Синяя бухта, а с другой Голубая. Названия бухты взяли от цвета воды. И вода там прогревается быстрее.

С каждым словом вредная учительница превращалась в романтичную путешественницу.

– Танюш, я тебе завидую.

– Ты не завидуй, а давай переворачивайся, выставляй свои аппетитные прелести на показ солнышку и молодым красавчикам. Сколько можно уже в девках ходить? Уже сутки на курорте, а романа еще нет.

– Нужен мне твой роман – пресным голосом протянула Наташа. – Ты же должна знать, что курортные романы недолговечны и несерьезны.

– Согласна. Тогда давай не роман, а ветряный флирт. Давай, давай переворачивайся.

– Чтобы все «молодые красавчики» увидели мои прелести измятые и отдавленные камушками?

– Я серьезно тебе говорю, пора бы тебе и глазки кому построить.

Таня настроилась на наставления подруги на путь кокетства, почти путь истины. Но Наташа оберегала себя ревностно – кремень, а не девушка.

– Я не умею. Научишь? – ёрничала Наташа. – Сама в девках ходишь, а меня под танки бросаешь.

– Не под танки – строго ответила Таня. – Между прочим, я молюсь, чтоб у нас с тобой появились мужчины, с большой буквы этого слова. Вспомни ведро, вот и оно.

Наташа удивилась и застыла, хотя собиралась перевернуться и даже начала переворачиваться на спину. Но увидела возле себя волосатые ноги ведра, ой, простите, мужчины. Мужчина грузинской наружности, с литровым бокалом пива в руках, спросил:

–Можна я прысяду рядом с такыми ачароватэльными дэвушками?

Таня разрешающе махнула рукой.

Наташа опять плюхнулась животом на песок, хотя кожа ответственно заявляла, что среди песчинок есть острые камушки и они-то вызывали желание изменить положение. Куда ей теперь переворачиваться. Живот и грудь в отпечатках природного материала – вид не для слабонервного сильного пола.

– Гори, спина моя, гори – тихо прошептала она, в надежде, что мужчина долго с ними не задержится.

Он тем временем откровенно рассматривал Танюшу, а та ему кокетливо улыбалась. Наташа знала эту Танину манеру общения с такими типчиками еще со времен института. Это называлось «смотри, облизывайся, глотай слюнки, только руки не распускай».

– Давай знакомится. Я – Грыша.

– Как? – с хитринкой в глазах, спросила Таня.

– Ну нэт. Мое настояшее имя… э… трудное.

– И какое же это трудное имя?

– Джумбер.

Таня хитро глянула на подругу.

– Да есть маленечко.