Наказание для повелителя

Невозможно!

Повелитель, которого я знаю, не может так смотреть! Я просто не верила своим глазам.

Что могло измениться всего за одну ночь? Неужели наш вчерашний разговор – причина такой перемены?..

Зрительный контакт неприлично затянулся, и, покраснев, я опустила взгляд в тарелку. До самого конца обеда я больше не поднимала глаз, мне нужно было немного времени, чтобы привыкнуть к таким резким переменам.

Но опомниться мне толком не дали.

Когда с едой было покончено, он взял меня за руку и куда-то повел.

Я не знала, куда девать глаза, казалось, что все вокруг пялятся на нас. Мое лицо пылало, как раскаленная печка.

Возьми себя в руки! Подумаешь, что тут такого? Мы ведь женаты, так? И сейчас точно ничего постыдного не совершаем… Ведь так?..

Его ладонь была теплой, шершавой, твердой и очень сильной, но держала мою, подрагивающую от волнения, очень осторожно…

Сбитая с толку, я плохо запоминала, куда мы идем, и зря, здесь было очень интересно – в эту часть древа заходить мне еще не приходилось.

Шли мы довольно долго, по сторонам начали мелькать помещения явно хозяйственного назначения.

Наконец, мы вышли к коридору, из противоположного конца которого до нас доносились отдаленные звуки, похожие на лошадиные всхрапы и ржание, в нос ударил незнакомый мускусный запах животного.

Это были конюшни, но, конечно, в стойлах стояли вовсе не привычные земные лошади. Заглянуть в них не было никакой возможности, и я вся извелась от любопытства, пока мы наконец-то дошли до выхода на открытый воздух.

Повелителю подвели волшебного скакуна. Я смотрела на него во все глаза.

Ослепительно-белый синеглазый красавец!

Больше всего он походил на единорога из европейских легенд. С той только разницей, что белых витых рога у него было три. Два длинных на макушке, и один, поменьше, на лбу. Морда животного была почти как у земной лошади.

– Можно? – благоговейно спросила я у повелителя, протягивая руку к этому чуду.

Он кивнул, и я прикоснулась к фантастически мягкому бархатному носу.

Зверь этот именовался «трирогом», так можно было перевести его название с языка азари.

Красавчик зафыркал, а потом лизнул мои пальцы. Намек я поняла.

– Извини, мой хороший, сегодня у меня для тебя ничего нет, – досадуя на себя, прошептала я. Могла бы и догадаться, что для верхового животного надо захватить угощение.

Я гладила теплую морду, шептала на белое ушко ласковые слова, а сама не могла наглядеться на это удивительное существо.