Платформа

Ладони продолжали гореть, хотя уже не так интенсивно, посмотрев на них, Ваня обомлел, потому что от био-перчаток практически ничего не осталось, а через пару секунд вспыхнув серой дымкой, исчезли последние воспоминания об искусственной коже.

Один в целом мире… против всех… прежняя жизнь, разбившись вдребезги, стиралась из памяти, словно её никогда не было. Ваня осознал, что впервые у него абсолютно пустая голова лишённая всяких мыслей, идей и стремлений. Чувство безысходности охватило его, заставляя ощущать полную нелепость своего существования, будто серое безмолвие этого мира поглощает его с головой.

Он хотел закричать от раздирающей его душевной боли, но лишь слабый стон вырвался из груди и потонул в воздухе.

– Что мне теперь делать? – спросил Ваня сам у себя, но в довершении ко всему услышал автоматический голос, неустанно повторяющий запрограммированные фразы и донесшийся прямо из скамейки, на которой он сидел:

– Иван Викторович Светозаров невозможно определить ваш идентификационный номер, ваш чип не исправен.

МКЦР ждёт вас. Невозможно считать идентификационный номер, ваш чип неисправен немедленно пройдите в Центр Контроля для перепрограммирования.

– Ага, спешу и радуюсь, уже просканировали паразиты, – сквозь зубы процедил Иван, резко оторвав руки от умной скамейки.

– Беги Ванечка! – голос мамы вновь пронзил его мозг и Ваня, как заведённый помчался вперёд.

Он бежал долго, не оглядываясь, не имея конечной цели, будто действительно мог скрыться, исчезнуть.

Лихорадочные мысли разметались в разуме, словно разбрызганная вода. Мир Вани сомкнулся в одной точке, и уже ощущение полного безразличия захлестнуло его с головой. Сначала он станет подопытным, а затем его нейтрализуют? Светозаров вдруг подумал, что почему-то ему стало всё равно, лишь бы этот день закончился, лишь бы всё закончилось…

– Домой! – спасительная мысль, точно стрела ударила ему в голову, и Ваня бросился по знакомому направлению, но мозг отказывался слушать, и ноги неслись, будто по инерции.

Посёлок заметно опустел, словно жителей последних домов выселили наспех. Разбросанные вещи и открытые двери навели на Светозарова совсем уж удручающее впечатление, но он с облегчением обнаружил, что до их родового гнёздышка пока никто не добрался. Дверь, кое-как отремонтированная послушно открылась от прикосновения руки Вани, и он осторожно пробрался внутрь собственного дома.