Свободные

Я готов ждать, сколько тебе потребуется…

Катерина замерла в его руках, ощущая, как внутри всё сковывает холодом. Она никогда не сможет ответить Дагеру взаимностью. Женщина нашла в себе силы проговорить:

– Дагер… Ты оказался совсем не таким, как я думала вначале знакомства. Ты очень хороший и, я уверена, ещё обретёшь любовь… Но точно не со мной. Я не смогу сделать кого-то счастливым, потому что не способна полюбить. Прости…

Катерина вырвалась и бросилась к выходу. Села в машину, вытирая бегущие слёзы, завела двигатель.

Уже через несколько минут её автомобиль мчался по трассе. Она ехала, даже не осознавая, куда. Просто давила на педаль газа. И даже спустившаяся на землю темнота не заставила женщину притормозить. Катя не помнила, где съехала с большой дороги на просёлочную. Словно в тумане продолжала движение, пока стрелка топлива на приборной панели не показала ноль. Машину затрясло. Художница, с трудом удерживая управление, нажала на тормоз.

Глава 3

Катерина порылась в сумочке, лежащей на соседнем сиденье.

Достала телефон.

– Ну, конечно, нет связи… В какую же глушь я заехала? – женщина открыла дверцу, вышла, оглядываясь вокруг.

Её машина остановилась на какой-то просёлочной дороге, заросшей низкой мягкой травой. Похоже, этим путём очень редко пользовались. Справа тёмной массой стояли деревья, слева тянулся луг.

– Ох… – Катерина беспомощно повертелась, подсвечивая окрестности фонариком в телефоне.

Прямо перед машиной луч вдруг отразился от двух сверкнувших глаз.

Женщина взвизгнула и чуть не выронила телефон.

«Собака?»

Серый зверь наклонил широколобую голову и немного отбежал вперёд по дороге. Остановился и зевнул. Отбежал ещё, затем вернулся, глядя на художницу, вновь отбежал и остановился.

– Хороший пёсик… Ты как будто зовёшь меня с собой? – Катя закрыла машину и нерешительно пошла за собакой.

Пёс неторопливо бежал впереди, иногда останавливаясь и поджидая женщину. Вскоре впереди показались тёмные очертания домов.

И к радости Кати в одном из окошек блеснул огонёк.

Впрочем, радость её оказалась преждевременной и сменилась ужасом, когда Катерина поняла, что деревенька давным-давно заброшена. Луч выхватывал из тьмы провалы разбитых окон, сорванные с петель двери, упавшие заборы. Художница остановилась, собираясь бежать обратно к машине, запереться в ней и подождать до утра, чтобы затем отправиться в обратную сторону, подальше отсюда.