Однажды. Сборник стихов и сказочных историй

Вот увидишь, собака после этих слов не только не кинется на тебя, но сбежит как ошпаренная. Подумай сам, какой собаке понравится перспектива иметь дело с дохлой кошкой? Фи!

– Логично! – просиял Карл. Здорово! У него сразу посветлело на душе, будто бесценный кларнет был уже возвращен.

– Когда идем? – спросил Карл.

– Немедленно! – ответил Якоб. – Только вот сварю кофе, и в путь!

Не прошло и часа как дело было сделано: королевская стража, усыпленная кофе, мирно похрапывала, а собаки, охранявшие королевский парк, заслышав, что им предлагают отведать дохлой кошенины, жалобно заскулив, разбежались по кустам как кролики.

Оставалось взобраться по веревке на второй этаж, где находилась спальня принцессы, тем более, что дверь балкона, расположенная рядом с будуаром ее высочества, была распахнута настежь.

Якоб остался внизу, а Карл начал взбираться по веревке наверх. Заговорщики действовали в кромешной тьме, на небе не было ни одной звезды, ни тем более месяца, ведь сегодня ночью Карл занимался не своим привычным делом.

Избалованные звезды – замарашки капризничали и беспомощно вздыхали:

– Ну где же этот Карл? Где его носит? Кто приведет нас в порядок? Кошма-а-р!

Побледневший Месяц, который уже готовился стать Луной, зашикал на них:

– Тише! Не трещите, сороки. Лучше посмотрите вниз, нашему Карлу, по-видимому, нужна помощь. Он что – то ищет, но никак не может отыскать. Найдется ли среди вас хоть пара звезд, которые могли бы ему посветить?

Самая крупная из всех Полярная звезда откликнулась на призыв месяца:

– Пожалуй, я еще не совсем закоптилась, хотя Млечный путь весьма постарался, а эти ужасные пылевые бури на Марсе? А Угольный мешок? Я уж не говорю о туманности Андромеды и метеоритном дожде.

– Ну, хватит, потом разберемся, не время сводить счеты, – оборвал ее Месяц. – Давай, свети, толстушка.

– Кто?! Я?! Я – толстушка?! – вспыхнула Полярная звезда, возмущенная таким эпитетом.

Но этой короткой вспышки гнева вполне хватило, чтобы Карл, который уже находился в спальне принцессы, увидел на столике рядом с ее кроватью драгоценный футляр, в котором он хранил кларнет.

Теперь дело можно было считать почти завершенным. Карл мигом схватил своё имущество и в мгновение ока они с Якобом оказались в кофейне.

– Ого-го! Вот так – так! – ликовал Якоб, – Нас на мякине не проведешь.

– Пир! Пир! Закатим пир в честь такого события, дружище! Ты отдышись, а я на кухню.