Механические изобретения Эммы Уилсби

– Я сама занесу! – попыталась возразить я, но кузен уже схватился за ручку саквояжа и потянул его на себя.

Я нехотя отпустила свою драгоценную ношу, и очень даже зря это сделала, потому что Освальд никак не ожидал, что в моём маленьком с виду саквояжике окажутся тяжёлые металлические инструменты. Кузен под тяжестью чемодана повалился вперед. Сперва к моим ногам приземлился мой лимонно-желтый саквояж, распахиваясь и вываливая наружу всё свое содержимое, затем- мой горе-попутчик. Приземление Освальда назвать мягким было точно нельзя, потому как кузен упал прямо на мои инструменты.

Деревянный ящик хрустнул под тяжестью тела мужчины, и я не смогла сдержать разочарованного стона.

– Освальд, ты в порядке? – бросилась к нему тётушка София.

– Кажется, я сломал ногу, – простонал кузен, хватаясь за лодыжку.

– Вы едете или остаётесь? – послышался голос проводника из тамбура вагона. – Локомотив отправляется через две минуты!

– Как же быть? – растерянно проговорил дедушка Гарет.

 – Томас ждёт вас уже сегодня. Я обещал, что вы приедете ближайшим поездом, а вы все знаете, как я отношусь к обещаниям!

Главным жизненным правилом деда было- всегда выполнять обещания, и за все свои семьдесят два года, он ни разу его не нарушил.

– Я могу отправиться одна, а Освальд после осмотра лекарем приедет в Жерданию на следующем локомотиве! – бодро проговорила я.

– Так и сделаем, – нехотя, согласился дед. – Только, Эмма, будь очень осторожна и сразу как доберешься до места отправь мне телеграмму.

– Хорошо, дедушка,– чмокнула я старика в щеку. – Не волнуйся, я справлюсь.

И пока мистер Гарет не передумал, я покидала разбросанные по платформе вещи в свой лимонно-желтый саквояж и быстро поднялась по лестнице в вагон.

– Поезд отправляется! Просьба всех провожающих отойти подальше от рельсов! – прокричал проводник- невысокий мужчина средних лет с добродушным круглым лицом.– А пассажиров занять свои места в соответствии с номерами билетов.

Я взглянула на прямоугольный кусок бумаги, на котором значилось седьмое пассажирское сидение. Я прошла в вагон и, протискиваясь сквозь узкий проход, принялась вчитываться в значки-номера над обтянутыми пёстрой тканью сидениями. Вот он- седьмой номер напротив черноволосого смуглого парня, который, не отрываясь, смотрел в окно.

– Доброе утро, – поприветствовала я попутчика и попыталась пристроить свой саквояж под сидением.

– Позвольте, помогу.