Бора

Днём, сидя на подоконнике, я, погружённая в чтение повести, изредка поднимала взгляд на рощу и часто моргала в попытках избавиться от чёрных кругов перед глазами.

…Устроившись в траве у обрыва и вглядываясь с высоты в морскую пучину, можно было почувствовать холод на оголённых плечах. Ледяная морось по коже будоражила. Свежий прохладный ветер, покачивая мокрую листву, нежно обдувал открытую шею, пока лёгкий озноб беспощадно пробивался по всему телу, остужая разогретую плоть. Шум разбивающихся о скалы волн убаюкивал, напевая сладостным шёпотом тоскливую мелодию… Но раскрывая слипшиеся веки, я обнаруживала, что всё так же сидела в помещении среди множества книг, хотя перед глазами отчётливо вырисовывался морской пейзаж.

Пробегая внизу вдоль живой изгороди, Август не мог заметить, что, попав в поле зрения, привлёк моё внимание. Широкие плечи его, ярко выделяющиеся на фоне крепкой фигуры, покачивались в такт слаженным движениям. Пропитанное влагой тело отблескивало на солнце, в то время как редкие капли, спускаясь от шеи по оголённому загорелому торсу, плавно огибали рельеф мускулатуры.

Не сумев сосредоточиться на чтении, я отправилась к себе в спальню, дабы отвлечься прослушиванием новостей.

Ясное небо вмиг заволокли хмурые тучи. Готовые в любой момент разразиться проливным дождём, они так и манили ощутить свежесть пронизывающего холода, почувствовать леденящий озноб под звуки морского прибоя. В последнее время мне всё чаще хотелось выйти, но вовсе не для того, чтобы прогуляться в роще или пробежаться у прудов, или, заскочив в тёплую оранжерею, наслаждаться ароматом цветущих растений.

Желание покинуть пределы усадьбы нарастало с каждым днём. Лёжа в постели, я выжидала окончания тренировки Августа, но вдруг, резко вскочив, бросилась прочь от угнетающего сознание дома.

У главных ворот стоял робот, охраняя вход в имение. Стоило мне приблизиться, как, активизировавшись, устройство преградило путь.

– Чем могу служить? – поинтересовалось оно, издавая противный писклявый звук.

– Пропусти, мне нужно выйти, – раздался мой строгий голос.

– С какой целью? – не унималась машина.

– Не твоё дело!

– Цель не опознана. Повторите.

Глубоко вздохнув и закатив глаза, я произнесла с нотками нарастающего раздражения:

– Хочу посмотреть мир за пределами усадьбы.

– Это невозможно, снаружи опасно.

Опешив от удивления, я уставилась на него. Он повторил.