Таль 7. Отголоски прошлого

Эльф открыл нишу в стене и достал оттуда чистую одежду, протянув мне.

Я ожидала, что мы отправимся к больничному телепорту, но Тэль открыл для нас индивидуальный портал, который привел на остров Владыки. Обведя меня по едва угадывающейся тропе вокруг водопада, он подошел к странной клумбе овальной формы с полупрозрачными цветами, колышущимися и чуть переливающимися оттенками перламутра от легчайшего ветерка. А посреди этого чуда лежала ровная каменная плита, почти квадратная, громоздкая и совершенно не уместная.

– Ты знаешь что это? – негромко спросил Тэль.

Я отрицательно покачала головой, как завороженная глядя на цветы. Они мне что-то напоминали, что-то очень знакомое, но не связанное с растениями.

– Это основание человеческого стационарного портала, – пояснил жених.

Точно! Именно переливы телепортационного окна и напоминали мне цветы на клумбе, да и форма ее была похожа.

– А почему именно человеческого? У вас не такие?

– Да, немного. Но это основание вполне конкретного телепорта.

Именно в него вошли мои жена и дочь, возвращаясь с празднования столетия основания одного из не особо крупных человеческих городов. Это был даже не официальный визит, они просто пошли развеяться, а когда возвращались, телепорт неожиданно схлопнулся.

– Разве так бывает? – Мне стало как-то не по себе. – Я думала, они безопасны.

– Безопасны, если вовремя все проверять и устранять дисбалансы в потоках. Вот только один маг не доехал на проверку, посчитав свои личные дела важнее общественной безопасности, другой его прикрыл, а в результате мне даже нечего было вернуть свету творения.

Я забрал эту плиту, сделал из нее своеобразный мемориал, но это было позднее, а тогда… – Тэль умолк. Было видно, что ему больно вспоминать произошедшее.

Я сделала шаг к нему и осторожно коснулась плеча кончиками пальцев.

– А тогда для меня рухнул весь мир, – продолжил он, словно очнувшись. – Анли была моим светом, той, что не давала озлобиться или очерстветь.

Она была удивительной и я никогда не забуду ее и никогда не перестану любить. А Риалин всегда была моей гордостью. Обычно все мечтают о сыне, но у меня была такая дочь, что лучшего пожелать просто невозможно. И они погибли из-за того что кто-то…

Дальше Тэль говорить не смог, настолько ему было все еще больно. Я не стала торопить, просто стоя с ним рядом и разделяя скорбь любимого.

– Если это было бы покушение, межрасовая вражда, я бы горевал, но понял.