Волжская рапсодия

Гера склонился над ней:

– Ты моя, слышишь? Как там говорят: «Только смерть разлучит нас»?

Последнее, что слышала Дарья, прежде чем провалиться в темноту, его лающий смех.

Утром очнулась в больничной палате и узнала, что потеряла ребенка. Мальчика. Проплакав весь день, поклялась, что найдет способ уйти от мужа.

Вечером приехал Гера с ведром ненавистных кроваво-алых роз и заявил:

– Ты сама виновата: нечего было мне угрожать разводом.

Дарья отвернулась к стене, давясь рыданиями. Гера сел на кровать.

Взял руку жены и поцеловал:

– Домой вернешься – дальше будем пробовать: мне нужен наследник.

– Не будет у нас никаких наследников: врач сказал, что я больше не смогу иметь детей.

– Сможешь: я всегда получаю то, что хочу.

***

В дверь каюты постучали. Дарья вздрогнула: «Кто это?»

– Дарья Николаевна, вы здесь?

«Уф…» – вздохнула с облегчением, встала, подошла к двери и открыла замок.

На пороге стоял Степан Бровкин. Он учился в аспирантуре Московской консерватории на кафедре сольного пения.

А еще был неплохим пианистом: в свое время закончил два отделения музыкального училища. И успел отслужить в армии.

Дарья нашла его через интернет месяц назад. Гастролировать со своим квартетом боялась: Гера обязательно от кого-нибудь узнает, где она.

Степана попросила не афишировать, с кем он работает в летние месяцы: это было условием, на котором она берет его в круизы.

– Дарья Николаевна, по радио на обед позвали.

Пришел вас проводить в ресторан.

– Не стоило, но спасибо, – улыбнулась Дарья.

В переписке в соцсетях и на первой очной встрече Степан наотрез отказался обращаться к Дарье только по имени, пояснив, что боготворит пианистку Дарью Мухину и хочет проявить к ней максимальное уважение. «Какой он странный», – подумала Дарья и заявила, что в таком случае будет обращаться к Степану исключительно на «вы».

Они прошли в носовую часть главной палубы. Дарья оглядела красиво сервированные столики: «Белоснежные скатерти и салфетки, закрученные в причудливые ракушки, как начальные пассажи в “Фантазии- экспромте” Шопена»[18 - Ф.

Шопен «Фантазия-экспромт» до-диез минор (соч. 66).].

Степан налил в ее тарелку дымящийся куриный бульон из супницы, а сам принялся аккуратно нарезать небольшими кусками говяжий стейк:

– В половине четвертого приходим в Углич. Там на выбор две экскурсии можно взять. «Углич терракотовый, Углич изразцовый».