Русалка

Всё рухнуло в одночасье: маме поставили диагноз «саркома легких». Квартиру пришлось срочно продать, – предстояла сложная операция. Жить переехали в Москву к двоюродной сестре отца, тётке Полине. Она работала сутки-трое метеорологом в аэропорту, а муж – тоже метеоролог, улетел в командировку на север. Детей у них не было, и Саньку тётка Полина любила как сына.

Как-то ранним утром он встал и крадучись пробрался на кухню. Дверь в гостиной была приоткрыта.

– У Саши большое будущее в спорте, – мама говорила очень тихо, – ты уж позаботься о нём, Полечка, когда меня…

– Вот ещё! – перебила тётка, – скажите пожалуйста, что это ты себя раньше времени хоронишь?!

– Чувствую, не перенесу я операцию.

Мамины слова заставили Саньку сжаться в комок.

– А ну-ка, хватит! – запротестовала тётка. – На правах метеоролога отменяю полёт плохих мыслей! Поняла!? Настройся на хороший исход, и тогда обязательно поправишься. И мы…

Санька не дослушал. Он вернулся в свою комнату, зарылся в подушку и затрясся в бессильном плаче без слёз.

Его буквально раздирало на части от смеси жалости и злости на мать. Как она могла заболеть, когда у него на носу такие важные соревнования, когда среди судей будет сам Дмитрий Саутин – его кумир, его бог?! Санька так стремился к этому первенству! В лепёшку расшибался на тренировках. Даже в мыслях постоянно отрабатывал элементы прыжков. Сколько сил в него вложила Зинаида Николаевна! А что теперь? Прощай спорт, прощай мечта? Из-за какого-то там дурацкого рака! И слово-то противное: клешнями выдирает у Саньки его надежду…

***

Он проснулся раньше обычного.

Мартовское солнце светило в глаза, приглашая вместе с голубым небом и пронзительно свежим воздухом порадоваться приходу весны. Воробьи оголтело щебетали. Крыши домов громко плакали прощальными снеговыми слезами.

Санька встал, подкрался на цыпочках к маминой комнате, приоткрыл дверь и вгляделся: «Дышит, не дышит?» Словно угадав его присутствие, мама открыла глаза:

– Входи, входи, сынок.

Садись вот сюда, на стул. Поближе ко мне.

Санька примостился у изголовья.

– У тебя сегодня первый школьный день, – мама слабо сжала руку сына. – Волнуешься?

Санька досадливо поморщился:

– Не хочу я в эту школу ходить, я в свою хочу! И тренировок вон уже сколько пропустил.

Мама тяжело вздохнула, и на её лице промелькнула тень.

– Я всё понимаю, сынок. Прости, что так подвела тебя.

Саньке стало больно и стыдно одновременно:

– Да ладно, привыкну.