Правила Зодиаков

Не беспокойся обо мне. Лучше сядь за стол и поешь нормально.

– Я не голодна.

– Ну тогда хоть чаю выпей. Уна, налей Агнес чаю. И принеси ореховый торт.

Едва Уна вышла, в Агнес внезапно кончился запал. Ее плечи поникли, с лица сползла вымученная улыбка. Она робко посмотрела на Отто, и тот ободряюще кивнул. Агнес сжала его руку. Ее пальцы были холодны как лед.

«Надо что-то делать, – решил Отто. – Немедленно. Сейчас». Он поднялся.

– Роберт, если ты уже закончил с ужином, я хочу показать тебе кое-что в кабинете.

Тот молча поднялся из-за стола и прошел за Отто в кабинет. Захлопнув дверь, Отто кивнул зятю на кресло и внезапно растерялся, не зная, с чего начать.

Молчание затягивалось. Роберт, кашлянув, напомнил:

– Вы хотели мне что-то показать…

– Нет. Я хотел спросить. Что, черт возьми, происходит с Агнес?

– Простите? – уточнил Роберт, приподняв бровь.

На его красивом продолговатом лице отразилось вежливое удивление.

– Ты слышал вопрос.

– Я не понимаю…

– Мы теряем время.

Наше долгое отсутствие может быть неверно истолковано женщинами.

– С Агнес все в порядке. У нас все в порядке.

«И лучше тебе не соваться не в свое дело!» – прочел Отто между строк.

– Так не пойдет.

Отто взял стул, поставил напротив кресла и уселся, поморщившись от головной боли, которая за последние полчаса сделалась почти невыносимой.

– Или ты мне все выкладываешь, или я набью тебе морду.

Они схлестнулись взглядами. Роберт, разумеется, не воспринял угрозу тестя всерьез.

Он был крепким, спортивным и к тому же молодым. Протирая штаны на Главпочтамте, Роберт, тем не менее, не утратил физической формы, которую приобрел за годы археологических раскопок. Он умел быть агрессивным, мог ввязаться в драку, если требовали обстоятельства, но старался не злоупотреблять своим физическим превосходством, особенно в отношении людей заведомо более слабых, к коим он, без сомнения, причислял и отца своей жены.

Пока Роберт обдумывал ответ, Отто изучал его лицо. Он пришел к выводу, что Роберт изменился, и не в лучшую сторону.

На фоне явной нервозности в нем угадывалась неприятная самоуверенность, которой раньше Отто в нем не замечал. Роберт чего-то боялся, но при этом чувствовал себя вполне комфортно; парадоксальное сочетание, возможное только при парадоксальном режиме.

– Агнес – дура! – неожиданно с чувством произнес Роберт.

– Что? – Отто опешил от неожиданности.

– Дура! – повторил Роберт без малейшего пиетета. – Она доиграется.