Правила Зодиаков

Ноги сами привели его на автобусную остановку, откуда он в бытность свою писателем каждое утро уезжал в Литинститут. Неожиданно его охватило волнительное предвкушение. Он представил, как толкнет массивную дверь, поднимется на лифте, заглянет в бывший кабинет Германа Сноу, наверняка отправленного на пенсию новыми властями (интересно, кто теперь вместо Сноу восседает за заваленным рукописями столом и травит вульгарные анекдоты, не отрываясь от чтения и с вечно тлеющей сигаретой, зажатой между пожелтевших от никотина пальцев?.

.).

Поездка заняла не больше десяти минут, хотя раньше Отто казалось, что автобус тащится бесконечно долго, удлиняя и без того немаленький рабочий день. Короткая аллея, обсаженная вечнозеленым кустарником, вела к центральному входу, над которым висела бронзовая табличка с тяжеловесным названием «ЛИТЕРАТУРНЫЙ ИНСТИТУТ».

На ступеньках курили сотрудники. Ни одного знакомого лица, хотя Отто и не ожидал встретить кого- то из бывших коллег. Не ожидал – но все же надеялся.

Ему не верилось, что сто тридцать человек, составлявшие штат Института, были уволены лишь на том основании, что родились под неправильным Знаком Зодиака. Наверняка самых опытных все же оставили, иначе как Институту обходиться без мастодонтов, на которых всё держится?

Пусть Сноу и обладал множеством недостатков, его талант от этого не становился меньше. Если вместо него разбирать рукописи поручили вчерашнему окулисту, или скрипачу, или физику-ядерщику, толку от этого – ноль, а вреда несоизмеримо больше.

Как можно, не обладая литературным чутьем, отобрать для публикации единственно верный роман из тысячи, предложить взыскательному читателю нечто такое, что в будущем будет переведено на разные языки, как, например, произошло с тремя романами Отто? Как можно, не умея складно сложить двух строк и не обладая необходимыми знаниями, написать критическую статью для журнала, издающегося в различных европейских странах?..

Сам Отто был далек от того, чтобы относить себя к мастодонтам, несмотря на безусловный вклад в развитие современной прозы, как выразился о нем Берндардс.

Тот факт, что Отто вошел в число уволенных по зодиакальному признаку, свидетельствовал о том, что без него в Институте вполне могли обойтись и, безусловно, обходились. Сможет ли Отто обходиться без Института – этот вопрос оставался открытым. Шагая мимо кабинетов с фамилиями новых владельцев, он не чувствовал особой ностальгии по прежней жизни.