Таурус. Том первый

 – Как ты оказалась там одна?

– Я не помню деталей… – пожала плечами Дарья. – Сначала я шла в направлении Адыкера от разгонного кольца, а потом был сильный запах корицы. Песок пах корицей! Это был головокружительный аромат, сильный и навязчивый… Я словно забылась, а очнулась уже в незнакомом месте.

– Мы называем эти пески рималь-халяват, что дословно означает «халва из песка». Они действительно обладают сильным ароматом, но я не знаю, что такое корица, здесь ее нет, хотя я неоднократно слышал это слово от экспедиционеров и обслуживающего персонала базы.

Эти пески коварны, они воздействуют на сознание, как легкий наркотик, давая чувство радости. Их запах исходит от колоний грибов, произрастающих немного глубже благодаря наличию там воды. Но мы привыкли к этому запаху и к рималь-халяват. Нередко мы добавляем его в пищу, а его экстракт – в горячее питьё. Некоторые женщины используют этот аромат как духи, но это не приветствуется вне дома.

– Ваш мир очень необычен, но его красота обманчива, – констатировала девушка.

 – И все же… есть в нем нечто притягательное.

– Я могу многое показать тебе. Таурус уникален.

– Но ты хочешь покинуть его…

– Нет, я хочу стать гражданским летчиком и работать в космосе, а это не одно и то же. Не думаю, что ты стала летчицей в стремлении сбежать с Земли, ты не похожа на беглянку.

Белых задержала взгляд на собеседнике, но встретив демонический взор фиолетовых глаз, опустила голову.

– Прости… – юноша тряхнул головой и окинул взглядом празднующую толпу.

 – Мне известно, что ты на три года старше меня, а у нас не принято обсуждать старших, это нарушение традиций и неуважение к гостю. Я бы не хотел, чтобы ты скверно меня поняла.

– Все хорошо, – ответила пилот. – Возможно, ты прав. Меня всегда влек космос и его новые миры, но я выбрала эту профессию именно в стремлении открывать что-то новое, но не бежать от старого. Знаешь, когда я вижу в иллюминаторе Млечный Путь с его туманностями и звездными скоплениями – это завораживает.

Это божественное явление! В эти минуты я осознаю, как хрупка наша планета, как скоротечна наша жизнь, но именно осознание этой хрупкости и скоротечности наполняет наше существование смыслом.

Бату оживленно взглянул на собеседницу, затем взялся за медный чайник, подлил в чашку гостьи горячего напитка из местных трав и ягод, что было нетипично для местных мужчин, и, придвигая чашку, подсел ближе. Дарья улыбнулась его непосредственности.