Попроси у неба счастья

Так почему бы вам снова не собраться на совет и не решить, что делать и как поступать дальше.

Мал думал. Не знал точно, где Любава и потому не мог просить помощи у князей. Постепенно в разгоряченной от неизвестности голове прояснялось, выстраивалось в логическую цепочку.

– Нет, я не могу просить помощи. Вначале я должен узнать где она, что с ней. А вдруг она уехала по своей воле и скоро подаст весточку ,– с надеждой в глазах посмотрел на Алекса.

– Но не будешь же ты ждать вечно?

– Не буду, – согласился Мал.

Алекс задумался. Он никогда особенно не интересовался историей славян.

«Ну чего у них там может быть хорошего, интересного? Лучше наблюдать за историей развитых цивилизаций» -так всегда думал парень. Алекс только со школьной программы помнил, что княгиня Ольга сожгла Искоростень. Но ведь в те жестокие времена на удар отвечали ударом…Брат мог убить брата, а жена сжечь целый город мстя за мужа.

Как всё это началось, он уже видел, знал, чем всё закончится, а вот что было между этими событиями – не знал. То была история, книжные персонажи…

Только сейчас ему было жаль этих людей, которые по настоящему смеялись, грустили, плакали, любили… Люди не из картинок, а живые – особенно двое: Мал и Любава с которыми он подружился, которые приняли его как своего. И которых Алекс так сейчас боялся потерять.

Он знал, что Мал примет правильное решение.

– Завтра утром поедем в Искоростень.

– Я с тобой… Можно?

– Нет, возьму воеводу и немного дружинников. Ты чужестранец, а на Совете князей городов древлянской земли таких быть не должно. Жди, а к вечеру мы постараемся вернуться назад.

Мал кивнул головой и вышел. Ну хотя бы так – немного успокоился.

Алекс снова поймал себя на мысли, что боится за Любаву. Её острый язык как впрочем и воинское мастерство, сейчас могли с ней сыграть злую шутку.

Если она и правд в руках княгини Ольги, да ещё и сестра одного из древлянских князей… А там узнают… Она наверняка уже об этом напомнила.

Алекс вошёл в опочивальню, прилёг, но уснуть не удавалось. Ворочался, на секунду проваливаясь в забытье сна и снова смотрел в бревенчатый потолок, ругая себя за то, что так привязался к совсем для него чужим людям.

Проснулся поздно, князя уже не было. Оставалось ждать вечера. А день, как назло, тянулся лениво, долго.