«Времена были нескучные!..» 2 том

 – Темно, сыро, мало ли что? А барыня на сносях.

Ульрика не возражала.

Вот и знакомая аллея, по которой они с Йоханном, обнявшись, спускались к самой кромке берега. То же место, утки в надежде на корм дружно поплыли в их сторону, не видно чаек и нет дивной пары лебедей, которой она любовалась, находясь в объятиях любимого, и воспоминание о которой всегда согревало теплом её душу. Как всё изменилось с тех пор. Где тот порыв души и светлые надежды, столь горячо лелеемые в сердце? Куда-то ушла уверенность, и ощущение невосполнимой потери овладело ею.

Когда же это произошло? Теперь уже и не вспомнишь. Не с кем поделиться, некому излить душу, не у кого спросить совета. Тоска. Постояв отрешённо у реки в состоянии отчаяния и растерянности, сопровождаемая Катей, Ульрика вернулась в дом.

* * *

Напрасно Ульрика весь вечер прождала мужа. Загряжский в имении так и не появился.

После бессонной ночи, еле держась на ногах, рано утром молодая женщина услышала заливистый звон колокольчиков. Накинув редингот, она вышла на крыльцо и увидела целую кавалькаду из экипажей и сопровождающих их кавалеристов.

Из первой берлины выпрыгнул Иван и, радостно улыбаясь, подбежал к ней и обнял. От неожиданности Ульрика долго не могла сказать ни слова и, наконец, произнесла:

– Как же так, Йоханн? Неужели нельзя было предупредить? Нужно же время, чтобы собраться. Ведь путь неближний.

– Дорогая моя, не волнуйся и не торопись. Выедем, когда ты будешь готова. Посмотри, какой замечательный конный поезд повезёт нас! Ты рада?!

Ульрика не отвечала, она в изумлении широко открытыми глазами взирала на происходящее: приподнятая суматоха, беготня дворни, бесшабашная удаль поведения Загряжского, будто начисто забывшего всю напряжённость их последних разговоров и ласково смотрящего на неё, – всё это отдавало чем-то неестественным, наигранным и ещё больше пугало её.

Но Иван как будто бы не замечал её состояния, он по-прежнему был радостен, подтрунивал над окружающими, шутил с офицерами, подчёркнуто с любовью и заботой обращался к жене:

– Фросенька, да перестань ты печалиться, ведь мы едем в моё родовое поместье, любимые мной с детства места, обживёшься, привыкнешь, познакомлю тебя с отцом, вы подружитесь, он у меня замечательный старик!

– С отцом?! Он живет в поместье?

– Да, и уже продолжительное время безвыездно, прихварывает.

– Ты мне никогда ничего не рассказывал о нём.

– Милая моя, дорога длинная, времени будет, хоть отбавляй, по дороге и расскажу.