Янина

Правда, Яня?

– Злюка, не хочу больше с тобой разговаривать.

– Ну, если так, я поехала дальше. Адью, милая сестрица и страшный тигр.

Зося, все еще хохоча, ускакала, оставив влюбленных в покое.

– Что, испугались? Я был очень страшный? – приближаясь, спросил Густав.

– Да, конечно. Если бы была одна в лесу, наверно, очень испугалась. Это Зоська придумала такую фантазию.

– Да пусть забавляется, она очень милая девушка, – сказал Густав и, взяв руку Янины, стал её целовать и прикладывать к лицу, согревая, потому, что рука была очень холодной.

Девушка попыталась высвободить руку, но Густав не отпускал, приговаривая:

– Какие холодные, не забирайте их, я согрею. О, какие маленькие хорошенькие милые ручки. Вот так держал бы их всю жизнь. Панна Янина, есть хотя бы маленькая надежда, что эти ручки будут моими? Скажите, дорогая Янина, есть надежда?

– Может быть, пока не знаю.

– Спасибо вам и за это.

– За что, за неизвестность?

– За не совсем категорический отказ.

Я чувствую в вашем ответе искру надежды и буду надеяться.

Янина, наконец, освободила руки и, чтобы переменить тему, повернула лошадь и стала смотреть на дорогу.

– Куда вы так смотрите?

– Смотрю, не едет ли пан Роман. Может, с ним что-то случилось?

– Да-а-а, вполне может и не приехать.

– Что случилось, пан Густав? Может, вам надо вернуться, он заболел?

– Да, как вам сказать, и не больной, и не здоровый, а просто вид у него стал непривлекательный, и наверно, стесняется показываться в таком виде.

На его месте я бы тоже не явился.

– Пан Густав, если можно, скажите, что случилось с паном Романом?

– Знаете, как-то нехорошо за глаза говорить плохо о своем брате, хотя какой он мне брат. Так, просто свои, да и вместе росли.

– Я об этом уже знаю. Но, что сегодня случилось?

– Знаете, вчера вечером Роман совсем не ложился спать. Я его спрашиваю: «Почему не спишь? Ведь завтра чуть свет мы обещали быть в лесу».

А он отвечает: «Тебе хочется спать, так спи, а я не хочу». И пошел во двор, посвистывая, покрутился туда-сюда, а потом велел своему денщику оседлать коня и куда-то ускакал. Под утро я проснулся от какой-то суеты в комнате. Смотрю, а это Роман сидит на стуле и стонет, а денщик его прикладывает ему к щеке широколистную траву. Спрашиваю, что случилось? А он не отвечает. Спрашиваю вторично. А он мне, спишь, так спи.