Янина

– Знакомься Анна, муж нашей Терезии и-и-и, – Николай запнулся от волнения.

– Ну, братец, не надо. На, понюхай лекарства.

Оправившись, Николай с волнением продолжал знакомить:

– Вот, Анна, Это муж нашей Терезии, а это ее сын.

– Поздоровайся, Ватя с… А как он должен вас называть, господин и госпожа?

– Дедушкой и бабушкой – сказал Николай.

– Папа, а как мне здороваться с дедушкой и бабушкой?

– Как ты здоровался с мамой и папой.

– И руку поцеловать?

– Да.

Мальчик бойко подошел к старику и поцеловал руку.

Старик прижал мальчика к груди.

– Анна, посади мне его на колени.

– Не надо, дедушка, я сам могу сесть, только тебе будет тяжело. Видишь, какой я уже большой. Еще год, и я сам тебя на руки возьму.

Дед окончательно расчувствовался, обнял мальчика и покрыл его голову поцелуями.

– Смотри, Анна, какой бойкий, совсем как наша Тереза. А глаза, лоб, нос, губы. Да-да, это ее сын.

– Пусти, дедушка, я еще с бабушкой не здоровался.

Анна взяла мальчика на руки, уселась с ним на диван и, целуя и приговаривая, спросила:

– Где же твоя мамочка, нет ее здесь?

– Бабушка, не говори про маму.

Не могу, когда ее часто вспоминаю. У меня болит сердце. Мы с папой каждое утро плачем, когда идем ее навестить.

Помолчав немного, Николай заговорил:

– Ну, если ты мой зять, скажи, наконец, как тебя зовут?

– Что ж, придется сказать. Я думаю, ловить меня уже не будете.

– Нет смысла теперь ловить. Ну, так, как же?

– Зовут меня Альфред Ожельский.

– Какое красивое имя.

– Да, пани, имя красивое, только жизнь моя некрасивая.

– Расскажите, Альфред про себя, и мы будем знать, отчего пожалела вас Тереза и отказалась от нас.

– Поздно, пани, другим разом расскажу. Мне пора идти, а то мальчик уснет, и потом трудно будет его будить.

– Альфред, ты с сыном оставайся у нас, хватит тебе скитаться.

– Я не могу, а вот сына, если ваша добрая воля, оставлю. Пусть не растет дикарем.

– Про сына и речи быть не может, он нам заменит нашу дорогую Терезию.

Ну, а ты сам, что будешь делать в этой лесной пустыне?

– Я от Терезии никуда не пойду, я ее одну не оставлю.

– Сын мой, подойди ко мне, пусть я тебя на прощание обниму. За сына не беспокойся, ему будет хорошо. И приходи к нам почаще, а если надумаешь, приходи навсегда.

– Ой, дедушка, какой печальный рассказ. Я вся дрожу, мне кажется, что Альфред сейчас выйдет из леса и присядет у нашего костра, – сказала Янина, до сих пор молчавшая.

– А кто его знает.