Парадигма греха

Глава 5

Моршанский рвал и метал:

– Кто позволил возобновить дело Науменко? Я буду решать, в каком направлении вести расследование по убийству Слепцовой и исчезновению Арбенина! Дело Науменко закрыто! Закрыто! Я, конечно, понимаю, откуда ветер дует! Это ваш конторский мозги всем промывает, умник!

Сухарев смотрел на следователя недоуменно: Калошина за самовольство не оправдывал, но прекрасно понимал, что тот действовал только из лучших побуждений. А уж что говорить о том, какую оплошность допустили год назад, расследуя исчезновение мальчика! И если есть возможность исправить свои ошибки, то этим никак нельзя пренебречь, даже себе во вред.

Об этом он сказал Моршанскому, когда тот выпустил, наконец, пар.

Но следователь не сдавался:

– Мальчика, наверняка, нет в живых, так что изменится для его родителей? Так хоть остается надежда! – он поджал толстые губы.

– Герман Борисович! – воскликнул Сухарев. – Вы ведь служитель закона, а так цинично рассуждаете! Ладно, вы не любите Дубовика, вам не нравится, что мои подчиненные проявляют инициативу, но говорить о тех, кто нуждается в нашей помощи, в таком русле – это… это… да я даже слов не подберу! А к прокурору я поеду сам! – он с силой ударил по столу и повернулся к Калошину: – Геннадий Евсеевич, напиши объяснительную и приложи к ней показания родителей и… как её?

– Ясенева, – подсказал майор.

– Будем разгребать прошлогоднее дерьмо! Свободен! – кивнул Сухарев Калошину, тот, козырнув, вышел.

 – Не смотри так на меня, товарищ Моршанский! При всей моей стервозности, я уважаю своих подчиненных, и разбрасываться кадрами не намерен! А уж про Андрея Ефимовича!.. Даже спорить не хочу!

Моршанский зло фыркнул и, собрав бумаги, вышел из кабинета, хлопнув дверью.

Воронцов с Дорониным в ожидании начальника писали отчёты, Жернов строчил что-то в своем блокноте, изредка о чем-то сосредоточено думая.

Когда Калошин вошел, ребята встали. Майор махнул рукой: «Сидите!» Своего настроения он ничем не выдал.

– Товарищ майор, – Доронин подошел к столу начальника и положил перед ним большой лист, – мы тут всё расписали, получается, что все, так или иначе, видели друг друга, и из библиотеки ушли все. Но есть один очень интересный момент… – он показал пальцем на одну фамилию, – вот этот товарищ, Сергеев, видел там одного старика Иконникова, он книги не берет, потому его в нашем списке нет, а ходит читать газеты, журналы.